Простушка на одну ночь

— Ты меня бросаешь? Бросаешь?!

— Я не бросаю тебя. У нас и отношений-то никогда не было. Понимаешь?

— Нет. Нет. Я тебя не понимаю. Ты… Сама-то себя понимаешь? — спрашивает он, бухнув кулаком по кровати. — Мысли о тебе и дочери — единственное, что придает мне сил держаться, карабкаться изо всех сил. Я живу сейчас лишь надеждой, а ты ее отбираешь. Уничтожаешь. За что? Это все твоя месть? Влюбить меня в себя и бросить? Бросить, зная, что побежать за тобой не смогу и буду вынужден смотреть, как ты уходишь. Жестокая же ты, Лена.

— Знаешь, я не зря назвал тебя Сиреной. Их красота и прекрасные песни заманивали моряков на скалы и вели к гибели!

— Я просто не хочу страдать.

— Поэтому ты заставляешь меня подыхать от боли?! Корчиться в муках сомнений?! Тебе страшно поверить моим словам еще раз, и поэтому ты бросаешь меня, калеку…

— Каким словам мне сложно поверить, Марсель?! Каким! — вскакиваю я, придерживая свой животик.

— ЛЮБЛЮ Я ТЕБЯ, ДУРУ! БЛЯТЬ, УБИТЬ ГОТОВ, КАК ЛЮБЛЮ! — хрипло заорал Марсель и закашлялся, выдав едва слышным шепотом.

Я застыла, не веря в услышанное.

Марсель продолжал говорить что-то сипло. Мне пришло подойти к его кровати, чтобы разобрать слова.

— Прекрати говорить о себе так! Прекрати! Это лишь временное! Да, я тебя люблю! Всегда испытывала к тебе чувства. Давным-давно это была влюбленность наивная в идеал, в красивую картинку. Когда мы встретились при других обстоятельствах, я полюбила тебя снова. Я полюбила в тебе циничного, упрямого, принципиального мужчину с кучей заскоков… Решительный, щедрый, внимательный.

Марсель протер глаза кулаками. Они были у него покрасневшие, тело напряжено. Весь вид выражал мучительное желание встать, но это было пока невозможно.

— Все, хватит нервов. Ты беременна. Моей дочкой, — вытолкнул сиплым шепотом, часть звуков вообще было не разобрать. — Так что успокойся. И подойди, блять.

Плача, я снова присела на кровать Марселя, он потянул меня к себе, обнял крепко-крепко, я расплакалась еще громче, теперь уже у него на плече.

— Люблю же я тебя такую дуреху. Весь мозз за пять минут вынесла капитально… Я, кажется, поседел. Ты посмотри точно… — попросил Марсель.

Его губы скользнули на щеку, а оттуда, дрожа нетерпением перебрались на мои губы, набросились буквально. Я ахнула, не ожидая такого напора.