Простушка на одну ночь

— Со мной? Что во мне такого особенного?

— Ты мне сразу понравился. Еще давно, — взмахиваю ресницами. — Впрочем, ты и сам об этом знаешь.

— Да, ты кончала без конца. В прошлом. Сегодня тоже… — сверлит меня взглядом, в котором разгорается что-то дикое и неконтролируемое. — А давай!

— Валяй, что у тебя на уме. Уходим в отрыв! — хлопает ладонью по рулю.

Я сжимаю бедра плотнее, будто не в силах контролировать возбуждение. Впрочем, правда возбуждена. Не стоит врать себе. Хоть в этом…

— Тогда поехали в одно местечко.

Я быстро перебираю в записной книжке телефона адреса, нахожу нужный и называю его.

— Что там? — интересуется Марсель.

— Не скажу. Но очень скоро ты обязательно об этом узнаешь.

Марсель рулит по нужному адресу беспрекословно. Тормозит. Я выбираюсь из машины, он — следом.

— Нет-нет! Сиди здесь!

— Это же сюрприз! Как ты не понимаешь! Не порть себе вечер и ночь…

Посылаю ему воздушный поцелуй и быстро стучу каблучками к высокому крыльцу. У двери, обернувшись, машу пальчиками и снова посылаю воздушный поцелуй.

Марсель крепче сжимает руль и сверлит меня потемневшим взглядом, в котором огонь соревнуется со стальной выдержкой. При новом воздушном поцелуе на его скулах обозначаются желваки…

Кокетничаю открыто.

Дергаю тяжеленую дверь на себя и оказываюсь внутри.

Легкомысленное выражение на лице сменяется на сосредоточенное.

Я деловито шагаю внутрь, не обращая внимание на антураж и развешенные всюду тематические игрушки. Меня не интересует бутафория, нужно кое-что покрепче…

За прилавком скучает темноволосая девушка.

— Здравствуйте. Мне нужны наручники. Не ширпотреб. Настоящие. Металлические…

Улыбаюсь своим мыслям: Марсель, ты за все поплатишься!

Я даже раскошелюсь ради такого…

Из магазина выхожу с мигом потяжелевшей сумочкой и приятным будоражащим предвкушением…

В глазах Марселя читается любопытство.

Я молчу загадочно. Медленно забрасываю нога на ногу. В открывшемся разрезе до середины бедра мои ноги смотрятся соблазнительно.

— Ты нарочно изводишь меня. Испытываешь терпение, — севшим, хриплым голосом отвечает Марсель. — Я же тебя затрахаю. Ноги вместе свести наутро не сможешь.

Тру ножками, покусываю губы.

Даю себе волю, всласть вспоминая, как он меня ублажал почти прилюдно.