Арестованных всячески поощряют к заключению сделок, а некоторые судьи, возмущаясь тем, что преступники настаивают на судебном разбирательстве за мелкие правонарушения, выносят им суровые наказания, чтобы это служило им уроком, а всем остальным — назиданием: пользуйтесь своими законными правами, и мы вам впаяем срок.
— Ужасное наказание, — сказала Бри.
— У системы свои проблемы, — согласился Мэтт. — Кенни пятьдесят один год, он не женат и в настоящее время работает в ночную смену на складе оператором вилочного погрузчика.
Меньше чем через десять минут Бри подъехала к тротуару перед крошечным домиком в нескольких кварталах от небольшого делового района Грейс-Холлоу, и они подошли к входной двери.
Пожилая женщина, которая ответила на их стук, была ростом с десятилетнего ребёнка. Её макушка едва доставала до ребер Мэтта. Ей было не меньше семидесяти пяти лет, но она выглядела очень подтянутой, двигалась пружинящей походкой, была одета в модный тёмно-синий спортивный костюм и ярко-белые кроссовки, а короткие седые волосы стильно промелировала. Она прищурилась сквозь толстые бифокальные очки, и Мэтт увидел в её ухе слуховой аппарат.
— Я только что закончила тренировку, и мне нужно принять душ перед игрой в бридж. Если вы пришли просить меня проголосовать или пожертвовать деньги, лучше идите в другое место. Мне это неинтересно.
Бри представилась и представила Мэтта.
— Нам нужен Кенни Макферсон.
— Зачем? — спросила женщина таким тоном, будто готовилась защищать Кенни.
— Мы расследуем убийство, — сказала Бри, надеясь, что шокирует этим старушку и та не станет его прикрывать.
— Тогда вы ищете не в том месте. Кенни хороший мальчик. Я знаю его с тех пор, как он был вот таким, — она подняла руку примерно на полметра над полом.
Бри ничего не ответила.
— Могу я узнать ваше имя, мэм?
— Филлис Вейр, — отрезала старушка. — Кенни в жизни не был наркоманом. Эти обвинения — чушь собачья.
Мэтт ободряюще улыбнулся ей.
