Против течения

Как только она выезжала на магистраль, она сворачивала в сторону, объезжая большие города. Что-то в ней требовало уединения, места, где нет людей и следов их обитания.

Было уже далеко за полдень, когда она вынуждена была признать, что усталые глаза и онемевшее тело требуют отдыха. Она посмотрела на указатель и увидела название, которое восприняла почти как команду, куда направить машину, — «Мелчестер».

Теперь Энн знала, где она, знала также, что инстинктивно, без осознанного желания вся ее поездка была устремлена — домой!

Еще полчаса езды, и она оказалась на окраине Литтл Копл.

Дома! Слово, казалось, выходит из самой глубины ее сердца. Это то, что было ей необходимо, хотя она этого и не осознавала. Вот почему таким сильным оказалось ее внутреннее побуждение. Она убежала, чтобы найти душевный комфорт и утешение в окружении того, что было знакомым и дорогим. Потом она вспомнила, что дом продан. Джон больше не упоминал о нем, только вручил ей деньги. Как могут деньги, думала она, купить что-либо столь дорогое, столь милое сердцу?

Энн медленно свернула на деревенскую улицу.

Она смотрела на коттеджи, угнездившиеся близко друг к другу, тростниковые крыши рядом с более современными, окна с мелкими переплетами, похожие на уродливые широкие карманы, а под этими крышами и за этими окнами, живописными или гротескными, жили друзья.

Что-то теплое как феникс возрождалось в душе Энн. Как она любила этих людей, которых знала с детства!

Старые дамы, которые уважали и почитали ее отца, молодые замужние женщины, которым он помогал при первых родах, дети, которых они производили на свет и которых он лечил при любом недомогании.

Энн поймала себя на том, что повторяет их имена: Эрик Гири, Молли Робинсон, Вера Халл, Дорис Дрейпер…

А вот и маленькая церковь из серого камня, вот деревенский магазин с его заполненными сластями бутылками, выставленными в витрине для тех, кто имел карманные деньги, вот дом директора школы, самая уродливая школа из красного кирпича, исписанная ругательствами, и вот, наконец, окруженный деревьями… ее дом! Ворота были открыты.

Она повернула и подъехала к самым дверям.

Кто бы ни владел домом теперь, думала Энн, он, конечно, не откажет ей в возможности пройти по саду, посидеть под кленом, посмотреть на комнаты, где прошли самые счастливые годы ее жизни!

Энн вышла из машины и почувствовала страшную усталость. Поднявшись на крыльцо, она позвонила, слушая, как звон замирает в глубине дома. Она подождала, но никто не появился.