Против течения

Она сознавала только, что чувствует озноб, что собственный голос, отвечающий на вопросы, кажется ей голосом чужого человека. И вот они уже расписываются в регистрационном журнале, и она выводит свое девичье имя в последний раз.

— Благослови вас Бог, Энн, и да будет ваша жизнь полной счастья. — Это говорил викарий. Он пожал обе ее руки и по-отечески похлопал по плечу. — Нам жаль расставаться с вами, милое дитя. Она была незаменимой помощницей в деревне, сэр Джон. Мы будем скучать без нее.

Энн не слышала, что ответил Джон.

— Это была прелестная свадьба, дорогая, — сказала та.

Потом Энтони и Энтониету.

— Мы почти не слышали тебя, — объявила девочка. — Ты просто шептала свои слова. Зато Джон блистал. Правда, Джон?

Близнецы смотрели на него с гордостью. Энн поняла, что они уже видят в своем новом родственнике героя, достойного обожания. Нельзя сказать, чтобы это ей понравилось. Она ощутила в сердце легкий укол ревности: раньше у нее не было соперников.

— Я заказал особенный ленч для нас в Лондоне, — объявил Джон, когда они ехали на станцию.

— Вы не забыли про торт? — забеспокоилась Майра.

— Когда вы узнаете меня лучше, вы будете уверены, что я никогда ничего не забываю, — поддразнил ее Джон.

— Охотно верю, — заявила Майра. — Думаю, вы ужасно предусмотрительны. — Она гордо посмотрела на свои розы.

— Цветы придется оставить в машине, — сказал Джон. — Энн будет неловко предстать перед публикой в роли невесты.

В ответ Майра взяла одну розу из букета и прикрепила к платью.

— Я надеюсь только, что ваш шофер не растеряет остальные по дороге. Знаете, Джон, ведь я впервые получила цветы от мужчины.

— Разве в Литтл Копл нет молодых людей?

— Есть один. Он фермер. И он уже несколько лет вздыхает по Энн.

Джон взглянул на жену:

— Меня никто не предупредил о наличии соперника.

К своему неудовольствию, Энн почувствовала, что краснеет.

— Майра говорит чепуху.

— О нет, Энн! — возразила неугомонная Майра. — К тому же он был полезен.

— Вижу, мне придется подыскать какие-нибудь лавры для себя.

— О, он не может соревноваться с сапфирами, — заметила Майра.

— Я нахожу этот разговор неуместным. — Энн и сама ясно различила резкую ноту в своем голосе. Она не знала почему, но чувствовала себя не в своей тарелке и была благодарна, когда машина остановилась у станции.