Против течения

— Я не могу объяснить тебе, Энн, — сказал он, — или нет, я не хочу говорить того, что может прозвучать как обвинение. Я не хочу облекать это в слова. Но неужели ты не попытаешься понять? Ведь я просил тебя дать мне… общение.

Энн почувствовала, как ее гнев растворяется от его слов. Он рос в ней, как прилив, — гнев на то, в какое положение он ее поставил, гнев на собственную глупость, на собственную стеснительность. А сейчас впервые Джон не был подавляющим, умудренным жизнью мужчиной, у ног которого лежит весь мир и который может получить все, что только захочет, стоит ему приказать.

Он был просто молодым человеком со своими тревогами и трудностями, как и все прочие люди. Она удержала слова, готовые сорваться с языка, и вспомнила, как много он обещал Майре и близнецам, а все, чего хотел взамен, — всего лишь дружбы.

И даже если ее здесь ждут испытания и неприятности, каким бы ни был их источник, разве она не может своим вниманием к его проблемам и своим сочувствием каким-то образом помочь ему и исполнить свой долг?

Она вздохнула и сдалась:

— Извини, Джон.

Но, прошу тебя, не оставляй меня одну, если хочешь помочь. — Она попыталась улыбнуться, но губы не слушались.

Он выпрямился, отвернулся от камина, и их глаза встретились. И он тоже улыбнулся. В этот момент они казались ближе и расположеннее друг к другу, чем когда-либо раньше.

— Доверишь ли ты мне заботу о себе? — спросил Джон.

— Д-да, — ответила Энн, но в голосе ее не было уверенности.

Ей пришло на ум, что еще никогда о ней не заботились, но она всегда заботилась о других.

Ее мимолетный гнев улетучился, и она старалась найти объяснение враждебности, которую ощутила в гостиной, не столько ради Джона, сколько ради себя — она не переносила враждебности и боялась неприятностей. Энн старалась уверить себя, что любая мать была бы расстроена; Джон, несомненно, поступил плохо. А как быть с Вивьен, этой прелестной родственницей, которую она не ожидала увидеть? Должно быть, у Джона найдется множество таких родственников, которых задевает его пренебрежение к их мнению и его неожиданный брак.

— Кто такая мисс Линтон? — спросила Энн, нарушая молчание и стараясь, чтобы вопрос звучал по-деловому.

— Мать Вивьен была двоюродной сестрой моего отца, — ответил Джон. — Когда ее родители умерли, они с братом переселились сюда и наш дом стал их домом. Это было пять лет назад.

— Я знаю Вивьен слишком давно, чтобы быть беспристрастным судьей, — ответил Джон.