Против течения

Энн вспомнила о Вивьен: о том, как она вчера вечером ходила по гостиной, как переливались зеленые блестки на ее фигуре, превращая девушку в фантастически прекрасное существо, поражающее воображение; она вспомнила ее сияющие волосы, ее уверенность в себе, ту атмосферу изящества и отточенности каждой детали, которая окружала ее.

И ее мнение внезапно изменилось.

— Чарлз, я все сделаю так, как вы предложите, — сказал она, и ее голос прозвучал торжественно, словно она давала обет, а не просто принимала решение.

— Я никогда не попрошу у вас ничего сверх этого, — сказал он, и почему-то тон его сказал больше, чем слова.

— И вы в самом деле привезете несколько платьев сегодня?

— При одном условии.

— Что вы никому не позволите разбудить себя, пока я не вернусь.

На миг его глаза удержали ее взгляд. Что-то сильное и магнетическое, казалось, промелькнуло между ними. Энн быстро вздохнула и отвернулась. Они подошли к террасе, когда увидели лакея, ждущего их.

— Вас просят к телефону, миледи.

— Это должно быть Майра из Лондона, — радостно воскликнула Энн и побежала в дом. В утренней гостиной никого не было, и она схватила трубку, которая лежала на столе у открытого окна. — Алло!

— О Энн! Произошло нечто потрясающее. Сестра мистера Доусона миссис Доути пригласила меня провести у них уик-энд. Вечером в субботу будут танцы, а я купила самое чудесное новое платье. Я должна поехать! Ты не возражаешь?

— Нет, разумеется нет, дорогая. Передай мистеру Баркли, я считаю, что это очень мило со стороны его сестры.

— Это то, о чем я хотела сказать тебе. Мы с Доусоном считаем, что лучше всего им было бы поехать сегодня в Галивер. Правильно?

— Конечно, — сказала Энн, хотя ее внезапно охватило сомнение, но она не желала охлаждать энтузиазм Майры. — Я сейчас же пойду и скажу Джону. Я уверена, он согласится.

— О Энн, разве все это не потрясающе? Я купила себе вечернее платье, два восхитительных платья из хлопка, шляпу, сандалии и множество других вещей, о которых по телефону лучше не упоминать.

— Ты потратила все деньги, которые дал тебе Джон? — спросила Энн.

— Практически до пенса. Но он не будет возражать, правда же? В конце концов, у него их полно, а это и твои деньги тоже — теперь.

— О, я знаю, что ты скажешь, — перебила Майра. — Не волнуйся, Энн. Я сама выпрошу у него. Доусон тоже думает, что он не будет против.

— Полагаю, с этим все в порядке, — сказала Энн с сомнением.