Против течения

К станции вела извилистая, обсаженная деревьями дорога, и солнечный свет рисовал на ней пятнистые узоры из золота и теней. Пахло свежескошенным сеном, а сквозь высокие хлеба, спеющие на солнце мягко качаясь под ветром, открывались неожиданные виды.

— Все это действительно прекрасно, — вырвалось у Энн.

Сама того не ожидая, она произнесла это вслух.

— На земле нет лучшего места, миледи, — ответил шофер.

Они въехали в небольшой торговый городок Крокли-Кросс, в котором мирно уживались очень древний крест из серого камня, маленькие дома времен королевы Анны, с изящными полукруглыми окнами над входными дверями, магазины с окнами-фонарями, напоминавшие о царствовании Георга, и дома с балконами, воскрешающими времена регентства.

И только уродливое современное здание станции из красного кирпича было здесь совершенно не на месте.

— Если вы минуточку подождете в машине, миледи, — предложил шофер, — я схожу и узнаю, когда придет поезд. В это время года иногда в расписание вклиниваются экскурсии, а кроме того, сегодня скачки в Майденхерсте, значит, вводятся дополнительные поезда и дорога забита.

Энн осталась в машине, шофер ушел и очень быстро вернулся.

— Как я и думал, поезд опаздывает, миледи. Начальник станции сказал, что его ждут не раньше чем через три четверти часа.

— Что дает мне возможность познакомиться с городом, — сказала Энн.

— Вы желаете, чтоб я вас отвез?

— Нет, спасибо. Я пройдусь.

Энн вышла из машины и по тенистой дороге с деревьями по сторонам направилась в город.

Скоро она оказалась на базарной площади. Народу на улицах было немного. Несколько хозяек занимались покупками или сплетничали, загородив своими корзинками тротуар, их дети от скуки гонялись друг за другом. По главной улице лениво проезжали машины, как будто никуда не торопились.

Городок тем не менее обладал определенным шармом. Казалось, что он так и не проснулся, навсегда сохранив замедленный ритм жизни, который царил в те времена, когда его построили.

Энн осмотрела витрины магазинов, но не находила в них ничего интересного, пока ее взгляд не привлекла совсем новая вывеска над дверями, выкрашенными в серебристо-зеленый цвет.

«Парикмахер Лилит», — прочла она и улыбнулась про себя. «Многие ли в этом полусонном городке помнят, что на Лилит была возложена миссия изобрести все колдовские приемы, связанные с женскими чарами, как на самую первую в мире соблазнительницу? — подумала она. — Во всяком случае, кто-то здесь обладает чувством юмора».