Против ветра, мимо облаков

И Вика просто одевается в матроску — где-то сумела раздобыть, делает прическу, как у девочки на фото, и вуаля! — старый дурень растаял и повел милую девочку в святая святых, позволяя ей снимать все, что она пожелает.

Молчание затянулось — Реутов обдумывал услышанное.

— И выиграла конкурс, на котором были представлены работы не хуже, я думаю. Это один из первых конкурсов по поиску юных дарований, который организовал Ладыжников. И девочка, умеющая воплотить твои самые потаенные фантазии. Сколько ему тогда было, около сороковника?

— Тридцать девять.

 — Виктор покачал головой. — Я уже думал об этом. Нет, Виктория не могла быть его любовницей, он всегда любил грудастых красоток ближе к тридцати, на малолеток Колю-Паука никогда не тянуло, тем более что у него самого дочь. И — нет, девочки тогда не дружили, Ира Ладыжникова моложе Виктории на четыре года, в таком возрасте это разница существенная: пятнадцатилетняя — уже барышня, а одиннадцатилетняя — девчонка, ребенок. И я копнул дальше, и что всплыло? Папаша-Станишевский и Ладыжников учились в одной спортшколе и — мало того — крепко дружили, но Коля-Паук всегда тяготел к несколько иным материям, чем гоняться за мячом, рискуя сломать ногу. А потому со временем их пути разошлись, но тем не менее дочь старого приятеля одержала победу в конкурсе талантов. И я бы так думал, если бы не работа, представленная Викторией, потому что работу все-таки сделала она сама, и работа была хорошей.

— Но образ белой и пушистой блондиночки несколько поплыл.

 — Реутов покачал головой. — Не вяжется с образом расчетливой маленькой стервы, сыгравшей на горе пожилого человека. Нет, никакого вреда она ему не причинила, но просто подумай: в пятнадцать лет смогла все просчитать и осуществить! Вот это поворот, да.

— Это еще не поворот. — Виктор снова полистал блокнот. — Виктория Станишевская и дочь Ладыжникова, Ирина — приятельствовали. Стали старше, появились какие-то общие темы. То есть они до этого были знакомы, если дружили отцы, то девчонки явно знали друг друга хотя бы шапочно, а когда Ирина окончила школу и поступила в университет, там же училась и Виктория.

С тех пор они, можно сказать, подружились. Не так чтоб неразлейвода, у каждой была своя студенческая компания, но после занятий иногда проводили время вместе.

— Так, может, уже тогда Коля-Паук спал с Викторией? Кстати, а кто там мать?

— Мать Ирины — отдельная история, весьма печальная. — Виктор вздохнул.