Против ветра, мимо облаков

 — Хотя у этого парня, я думаю, хватает возможностей достать что угодно».

Олешко ему понравился — как и вся компания в целом, беспокоил только Назаров, сидящий темнее тучи. Когда человек находится в таком расположении духа, он вполне может наделать глупостей, и часто непоправимых.

— И что ты думаешь об этом?

Виктор пил пиво и читал протокол вскрытия убитого журналиста.

— О чем конкретно? — Реутов оторвался от бумаг и взглянул на напарника. — Я о многом думаю.

— Ну, например, о наших новых знакомых. — Виктор отхлебнул пива и потянулся.

 — Олешко этот… Не хотел бы я как-то ненароком перейти ему дорожку. Так-то вроде бы свойский парень, очень толковый, а приглядись попристальней — да ну его вовсе. И жена его тоже штучка, все эти локоны и сиськи — сплошное очковтирательство, там мозги очень своеобразные.

— Два социопата нашли друг друга, очень трогательно. — Реутов пожал плечами. — Бывает. А Олешко не так прост, как показывает, и дело Станишевской он перешерстил вдоль и поперек и ничего не упустил. Учитывая, что времени у него для этого и не было особо.

Все нестыковки, провисания, все подтасовки — ничего не проглядел.

— Стыдобища. — Виктор вздохнул. — Назаров теперь нас распнет, и будет прав, конечно. Бережной уже вызвал к себе тогдашнего следователя по делу, и я этому кретину не завидую, а Ершов обещал разобраться с тогдашним адвокатом Станишевской. Нужно выяснить, почему он закрыл глаза на все нестыковки и заставил клиентку признать вину, хотя можно было уцепиться за многое, а уж улики… Короче, жаль девчонку, от души жаль.

— Ей с нашей жалости… — Реутов вспомнил, какой стыд испытал, когда штатские изучали отчет, составленный несносным Олешко. Да, не он допустил беззаконие, но стыдно ему. — Смотри, что интересно: и в случае убийства журналиста точно так же — удар был нанесен снизу вверх, убийца стоял напротив убитого, а это значит, что убитый его знал. И нож остался в ране, на этот раз его никто не вытащил.

— Хитрый, гад — знал, что вся кровища на нем будет, если вытащит нож.

 — Виктор бросил пустую бутылку в урну. — Грамотные все стали…

— Из квартиры ничего не пропало, а Назаров признался, что это он в тот день удалил статью из компьютера убитого Зайковского.

— Да, он эту Станишевскую любит до самого нутра, это видно. — Виктор открыл следующую бутылку. — Ради любви люди и не то делали. Теперь шило проткнуло мешок и впилось в задницы обывателям, так что жди волны шизоидных комментариев в Интернете и шквал звонков в дежурную часть.