— Итак, введу вас в курс дела, — сразу взял быка за рога Пётр Сергеевич, — Федот Мирославович любезно согласился на моё предложение о завоевании майората Антоновых.
— Что-то там, у Антоновых такое ценное, что раз получив по носу, эти люди не отступились? — озадаченно подумал господин Дратвин, и тут же поинтересовался:
— А в чём будет заключаться моя роль?
Он нисколько не боялся Антоновых. А тот проигрыш, горечь которого он всё ещё испытывал, никоим образом не убедил его в подавляющем превосходстве оппонента.
Тому просто повезло. Остаётся, правда, открытым вопрос, откуда он узнал, что все силы рода отправятся к его поместью. И, следует отдать ему должное, он очень разумно распорядился этим знанием.
— Вашей задачей будет ведение боевых действий, — пояснил Овечкин, — при этом, — он кивнул в сторону Бояндина, — единственной обязанностью Федота Мирославовича будет объявить войну роду Антоновых в тот момент, когда мы это посчитаем нужным. Все гарантии от меня он получил. Вознаграждение, предлагаемое мною за совершение этого правового акта его полностью устраивает, — теперь уже Бояндин кивнул, словно подтверждая слова, сказанные Петром Сергеевичем.
Овечкин улыбнулся и продолжил, глядя прямо в глаза Аполлинария:
— На вас же возлагается разработка плана кампании и ведение боевых действий.
— Материальное обеспечение? — сразу спросил Дратвин.
— Финансирование кампании я беру на себя, — веско сказал Овечкин, — при этом вы разрабатываете планы, включая расчёты по обеспечению техникой, боеприпасами и организацию логистики.
Обеспечиваете найм живой силы.
— Хорошо, — Аполлинарий окунулся в обсуждение предмета, в котором он разбирался лучше многих, — предположим, я всё это приготовил, что дальше?
— Дальше мы закупаем всё необходимое, нанимаем тех людей или ЧВК, на которых вы укажете.
— И?
— После того, как всё будет готово, господин Бояндин, — Овечкин опять кивнул в сторону тощего помещика, лендлордом его называть язык не поворачивался, — объявит войну Антоновым.
Вы, управляя подготовленными нами войсками, разгромите этого выскочку, и мы все получим желаемое, — он зажмурился, словно большой кот в предвкушении сметаны, после чего, глядя в упор на Дратвина спросил:
— А вы, кстати, чего желаете?
— Я пока не готов ответить на этот вопрос, — выдавил из себя Дратвин.
Ведь ему, для того, чтобы понять, о каком гонораре можно просить, следует всё обдумать, взвесить все плюсы и минусы.
