Провинциал. Книга 4 (СИ)

Мир вокруг закружился, сначала медленнее, а потом всё быстрее и быстрее. И кружился он вокруг глаз, взгляд которых пронзал всё моё существо и извлекал на свет такие причудливые и затейливые желания, о наличии которых в глубинах своей психики, и не подозревал.

Потом я услышал сдавленное рычание возбуждённого самца гориллы. С некоторым замешательством понял, что это рычание это исторгает моё горло.

Руки мои тянулись, помимо моей воли, к сидящей напротив женщине, чтобы мять и тискать податливое тело, чтобы прижать к себе эту самку, чтобы грубо овладеть ею…

— Хватит, — раздался звенящий от злости голос настоящей Истер, и наваждение покинуло меня, оставив после себя неприятный и липкий стыд…

— Берём, — объявил я, вернув себе способность размышлять относительно рационально.

— Эк тебя… Растарабанило то, — хмыкнула Зоэ, — еле удержала, а то порушил бы ты прям тут, прям на столе, девичью честь хвостатой инопланетной гостьи… Охальник… — и захихикала, обидно-обидно так…

— Злая ты, — не зная, как ответить, подумал я.

— Чего берём? — вскинулась подруга, до крайности разозлившаяся на такое наглое покушение на её собственность, то есть меня.

— Хватит притворяться, — обратился я к чертовке, замаскированной под Истер, — твоей демонстрацией я, конечно, весьма впечатлён, но до греха — тут я кивнул на подругу, — не доводи…

— Хорошо, — тут же мурлыкнула Заранин, трансформируясь обратно в свой постоянный краснокожий облик.

Но, следует отметить, продолжала, украдкой от Истер, бросать на меня призывные взгляды.

Но я, грандиозным усилием воли, ну и, если быть честным, не без помощи нанитов Зоэ, очистил таки кровь от последствий гормонального всплеска, мастерски спровоцированного чертовкой.

А потому это её дальнейшее лукавое подмигивание ожидаемого эффекта на меня не оказало.

— Так, — сказал я, привлекая внимание настоящей Истер, продолжавшей искрить от праведного гнева, её охватившего, — по поводу того, что берём…

— Надеюсь, не наложницей, — хмуро предположила подруга.

— Ох, девоньки, вот вы мужиков обвиняете, что они все об одном думают, — тут я позволил себе улыбнуться своим мыслям, — а вот практика показывает, что вовсе и не мужики об этом одном думают, а совсем даже наоборот…

— Ну, да, — согласилась подруга, продолжая косо посматривать на краснокожую, — ну а о чём прикажешь думать, когда тут такое…

— Вообще не думай, — ехидно предложил я, — от этого цвет лица портится…

— Дурак, — насупилась подруга.