Провинциал. Книга 4 (СИ)

В кресле напротив сидел я, собственной персоной, но, в ухе кокетливо болталась крупная серёжка желтого металла, сделанная в форме фаллоса, да так реалистично, что ни с чем не спутаешь.

А под тонкой тканью чертовкиного комбинезона продолжали задорно топорщиться чертовкины же сиськи третьего размера.

— С-с-серёжка твоя? — давясь хохотом спросил я.

Под столом тихо повизгивала Истер, которая, не взирая на все усилия остаться в кресле, всё таки сползла туда, где её теперь и били спазмы почти истерического хохота.

В глазах чертовки преобладала растерянность. Она, похоже, ожидала чего угодно, но только не этого. На её лице, которое продолжало пока оставаться моим, возник немой вопрос и она потянулась пальцами к своему уху…

— Ну да, — растерянно ответила Заранин, моя… — она о чём-то задумалась, и потом мечтательно так добавила, — любимая…

Ага, под длинными волосами этого видно не было, а сейчас она мою причёску скопировала…а потому и серёжка видна стала…

— А ну-ка, пройдись, — борясь со смехом, так и рвавшимся наружу из моей груди, предложил я.

И тут это нечто, с моим лицом, довольно широкими плечами и совершенно неуместными сейчас сиськами поднялось из кресла. Бедра вроде получились почти мужские.

Но когда это чудо совершенно бабской походкой прошлось по комнате, я потерял контроль над собой, и обрушился в кресло, где и продолжил заливисто хохотать, дрыгая ножками…

— Прекратите, — донёсся из-под стола хриплый, прерываемый спазмами, голос Истер, — я поняла, хи-хи, вы смерти… Смерти моей хотите…

— Стань собой, — взмолился я, глядя на обескураженную эффектом своего выступления, чертовку, — пожалуйста.

Она вздохнула и стала собой. Истер неуверенно хватаясь за столешницу, выбралась таки из-под стола со словами:

— Ну вот, всю пыль под столом собрала, — и тут её опять скрутил приступ смеха, а на глазах снова выступили слёзы, — такого никто… Хи-хи-хи, не выдержит… — она подняла на меня покрасневшие от слёз глаза, — берём, однозначно берём…

— Так, — я уже почти успокоился, — Зара, если я тебя так буду звать, ты не обидишься?

— Нет, — растеряно протянула она.

— Так вот, Зара, мы берём тебя на работу, если ты не против, конечно, но… — тут я строго посмотрел на неё, тебе придётся принести мне вассальную клятву. Ты же, насколько я понял, благородного сословия, и слугой тебе быть невместно?

— Наверное, да, — всё так же потеряно протянула она, — а… А что мне надо будет делать?

— Это мы тебе объясним.