Провинциал. Книга 4 (СИ)

Последний инструктаж, и в бой!

— Рада стараться! — чертовка развернулась на каблуках кругом, взмахнув при этом кокетливо своим беспокойным хвостиком, и, пародируя строевой шаг, отправилась к выходу из кабинета, не забывая гипнотически покачивать крутыми бёдрами.

Оставшись в одиночестве, я наконец выдохнул. Очень не просто сохранять деловые отношения с подчинёнными, когда они прилагают все усилия для того, что бы превратить мою, и без того беспокойную, жизнь в натуральный бардак.

Проснулся я ранним утром от того, что в дверь нашей с Истер спальни кто-то скрёбся. Тихо, но настойчиво.

Я, мысленно прокляв всё на свете, кое-как выбрался из-под одеяла, с завистью посмотрел на умильную мордаху сладко посапывающей подруги, и, надев наощупь тапки и завернувшись в шёлковый халат, проследовал к двери.

И, что вы думаете? Открыв дверь я столкнулся взглядами с Зарой, которая была одета по своему обыкновению, то есть, весьма минималистично.

— Я, это… — промямлила она, — уже семь, а в восемь у нас инструктаж…

— Ты опасаешься, что я просплю? — раздражённо поинтересовался я.

— Ну, не сердись, — она скроила такую мордаху, что все ругательства у меня из головы куда-то вылетели, уж очень потешно она выглядела, — просто…

— Свербит невыносимо? — участливо поинтересовался я.

— Ну, типа того, — отыгрывая стеснение, она опустила свои бесстыжие глазища и начала сосредоточенно елозить ножкой по паркетной плитке, — я боялась, что ты передумаешь…

— Ну, с чего это я должен передумать то? — удивился я.

— Ну… Волнуюсь я, ты же обещал его мне отдать…

— Раз обещал, значит так тому и быть, — припечатал я, — а вот тебя за то, что нарушила мой утренний сон, накажу…

— Отшлёпаешь? — с затаённой надеждой спросила она.

— Нет, — я решил назло всем выспаться, ну, если и нет, то, всё равно, посвятить оставшееся время удовольствиям, а потому наказание для неё будет не физическим, а моральным, — просто инструктаж переносится на девять.

— Ну, э-э-э! — возмутилась страдалица, — это ещё один час мучиться в ожидании! Ты злой и жестокий!

— Да, — согласился я, — и особенно злым я бываю в те моменты, когда меня будят раньше времени! Всё, кыш отсюда. В девять жду тебя в своём кабинете.

Горестно вздохнув краснокожая медленно двинулась восвояси, а я, облегчённо вздохнув, вернулся на наше широкое ложе.