Провинциал. Книга 4 (СИ)

Главное, чтобы он работать не мешал.

Алевтина забеспокоилась, как бы этот павиан не возревновал, и не испортил бы ей всю игру. С него станется…

На посадку она вышла чуть позже основной массы сотрудников. Но, если она думала, что ей удастся избегнуть назойливого внимания начальника-сердцееда, то она крупно ошиблась.

Он стоял около одного из бронеходов, и при виде её начал активно семафорить, мол, идите сюда, я вам тут местечко забронировал.

На Алевтину снизошло какое-то шальное веселье, и она, вместо того, чтобы покорно проследовать к начальнику и сесть рядом с ним на кожаный диван в салоне командирского бронехода, поступила совершенно неподобающим для серьёзной развед-дамы образом.

Она высунула свой розовый язычок, и, пока начальник ошарашено пытался сообразить, что это было, быстро шмыгнула в другой бронеход, не забыв захлопнуть за собой тяжёлую дверь.

Она поступила так совершенно сознательно, ибо не без оснований полагала, что может подвергнуться настойчивым домогательствам в тесном салоне командирской машины.

И ей вовсе не улыбалось всю дорогу отбиваться от потных ладошек мнящего себя неотразимым озабоченного придурка.

Слава Богу, этот павиан не бросился выковыривать её из того бронехода, в который она предпочла сесть.

А минут через пять колонна тронулась по направлению к поместью Антоновых. Алевтина смотрела на степной пейзаж, расстилавшийся за окном, пытаясь представить себе то, что ждёт её сегодня…

Я как раз обсуждал с Истер свою идею о назначении Ня ответственной за безопасность.

И тут нашу беседу прервал громкий зуммер вызова по внутренней связи.

— Андрей, к воротам подъехала колонна бронеходов с имперскими орлами на бортах. Запускаем? — это Семён известил нас о том, что любознательные государевы люди таки добрались до нас.

— Да, запускайте, — ответил я, — мы с Истер сейчас подойдём.

Первым из остановившихся недалеко от крыльца бронеходов вылез высокий красавец, затянутый в мундир военного советника. Он с видом хозяина этих мест лениво осмотрелся, взгляд его остановился на Истер.

Причём взгляд этот был настолько откровенен, что Истер даже поёжилась, а у меня зачесались кулаки.

А вот второй, из другого бронехода выпорхнула дама в бирюзовыми глазами.