Провинциал. Книга 4 (СИ)

Но, только на минутку. За это время, как оказалось, Пронька переместился в апартаменты Алевтины.

И вот тут на экране возникла весьма волнительная сцена переодевания красавицы-разведчицы перед ростовым зеркалом.

Переодевалась, то есть, раздевалась она медленно, артистично, словно знала, что за ней наблюдают.

Мы же с Семёном вылупились на это действо, словно два лесовика, впервые выбравшиеся из своих дремучих зарослей в ближайший городишко и посетившие там стриптиз-бар.

Зрелище перед нашими глазами открылось, прямо таки, завораживающее.

Так ещё ведь и Семёна торкнуло не по детски! А он у нас кремень, и, уж ежели и у него самопроизвольное слюноотделение началось, то значит женщина действительно, ну, просто, мега-привлекательна и желанна…

Но, надо сказать, что я этим волшебным зрелищем наслаждался очень не долго. Истер не позволила мне по достоинству оценить фигуру Алевтины, лишённую одежды — она снова ущипнула меня.

— Не, ну, то, что тебя от сладкого за уши не оттащить, я знаю, — ехидно заметила она, — но чему ты своего Проньку учишь? За переодевающимися дамами подглядывать? И это в присутствии невесты!

— Какой невесты? — не понял я.

— Как какой? — нарочито гневно воскликнула Истер, хотя было видно, что сейчас она веселится во всю, — а кто меня сегодня своей невестой провозгласил при всём честном народе? Я ж уже и фату заказать успела, а ты, оказывается, задний ход дать решил?

Веселилась не только она, все окружающие с ухмылками разной ширины наблюдали за нашей перепалкой.

— Окстись, женщина! — я решил, что надо обороняться, иначе прямо тут загонят под каблук, — я разве свадьбу обещал?

— Вот видишь, а я тебе говорила! — это Лиза решив, видимо, подлить бензинчику в костёр, обратилась к Истер, — он считает, что обещать жениться, это одно, а жениться, это совсем другое…

— Ну хватит уже, — взмолился я, — давайте делом займёмся…

— Каким таким делом? — Истер решила извлечь из ситуации максимум положительных эмоций, — ты называешь делом разглядывание обнажённой груди и прочих прелестей совершенно чужой для тебя тётки? В то время, как верная невеста чахнет тут от недостатка внимания и мужской ласки?

Грудь у Алевтины, кстати говоря, была очень даже привлекательная.