Провинциальная девчонка

 – Ты и его еще не пекла?

– Нет, – прошипела Мишель, шагнув к нему. – Предупреждаю, отец, если ты скажешь «хорошо», я в жизни больше не приглашу тебя на ужин.

– Детка, сейчас не время быть слишком чувствительной. Надвигается кризис, а у нас есть всего два дня, чтобы его уговорить.

– Что бы мы ни делали, это значения не имеет.

Отец бьгл так воодушевлен, что она чувствовала себя настоящей преступницей. Ну разве не жестоко пытаться охладить пыл этого большого ребенка?

– Мэрилин только что ушла, – перебил отец.

– Точно.

Она печет потрясающий шоколадный торт и сейчас спешит домой, чтобы приняться за дело. Завтра к полудню он будет на твоей кухне.

Мишель не знала, то ли оскорбиться, то ли засмеяться.

– И Тео должен подумать, что и его я состряпала? Интересно, а когда у меня было на это время? Я провела с беднягой весь день, а с утра пораньше должна ехать в клинику и начинать разбираться в историях болезни.

– Ты не понимаешь, что мы задумали. Мэрилин оставит хорошенькую поздравительную открытку, чтобы он понял, как радушно мы встречаем гостей.

Кэрин Кроуфорд коптит грудинку и делает свой картофельный салат, к которым, разумеется, тоже приложит открытку. И жена Дарила не желает остаться в стороне. Принесет корзинку свежих бобов из своего сада.

– С миленькой открыткой, – добавила Мишель, сложив на груди руки и пронзая отца негодующим взглядом.

– Тогда зачем притворяться, будто это я сварила гамбо?

– Не позволю Тео подумать, будто ты не умеешь готовить.

– Но ты повела его в «Макдоналдс».

В голосе отца звучал металл. Совсем как у обвинителя на суде.

Восхищение Мишель открытой жизнью маленьких городков неожиданно померкло. Кто-то видел их и раззвонил по всей округе. И большой, порочный, безразличный город вдруг показался не таким уж гнусным.

– Он хотел пойти туда, – возразила она. – Ему нравится «Макдоналдс» и мне тоже. Там классные салаты.

– Мы все стараемся быть дружелюбными.

Мишель рассмеялась. Вместе отец, Конрад и Арти были способны выдавать самые невероятные идеи.

Хорошо еще, что хоть эта не доведет их до тюрьмы.

– И ты хочешь, чтобы и я была дружелюбна?

– Вот именно. Ты знаешь, о чем я. Пусть чувствует себя как дома. Словно он здесь родился. Показывай ему окрестности, гуляйте побольше.

– Какие еще окрестности?

– Мишель, ты собираешься помогать нам или нет?

Большой папочка начинал сердиться. Он называл ее Мишель, только когда был ею недоволен. Она снова захохотала, это, разумеется, еще больше ему не понравилось.