Провинциальная девчонка

– «Соуин-клуб»? И что такого интересного в четырех мошенниках? – фыркнул Ноэ, вытираясь и швыряя полотенце в раковину.

– Впервые открыв счет, Джон заверил приятелей, что только все они вместе смогут снять деньги. Объяснил, что это разумная предосторожность, но, как выяснилось, солгал. Остальные в своей глупой доверчивости ничего не подозревали. Странно, что эти трое продолжали ему верить и после того, как он разыграл целый спектакль, чтобы они помогли ему найти киллера для жены.

– Почему ему понадобилась именно их помощь?

– Даллас была связана с Монком, – пояснил Тео.

 – Не совсем представляю, зачем ему было нужно впутывать остальных. У каждого была своя сфера деятельности. Джон имел дело с банками. Он был адвокатом и вице-президентом кредитного отдела. Камерон использовал свою брокерскую фирму, чтобы выманивать у клиентов пенсии. Даллас служила в полиции, а Престон работал в конторе окружного прокурора и улаживал проблемы с законом. Кстати, Даллас не лгала, говоря о призраке. Она действительно собирала досье на Монка и его прошлые делишки, чтобы иметь на всякий случай оправдание. Это досье теперь у Андервуда. Он подтвердил, что Монк убил девочку-подростка по заказу отца. В досье имеется немало улик против любящего папаши, и детективы уже выехали его арестовывать.

– Надеюсь, он сгниет в тюрьме, – прошипела Мишель.

– Андервуд считает, что у Монка есть свой стиль.

– Что он под этим подразумевает? – вскинулась Мишель. Тео, поморщившись, поднял ногу. Она схватила пузырь со льдом и снова прижала к его колену.

– Он всегда кладет розу рядом со своей жертвой, как правило, на постель, поскольку предпочитает убивать по ночам.

– Значит, Харрис не солгала, – протянула Мишель.

– Для этого она была достаточно умна. Старалась придерживаться истины, чтобы никто не смог уличить ее в искажении фактов.

– Как ты догадался, что Харрис – одна из них? – спросила Мишель.

– Пока Ноэ был в Новом Орлеане, я попросил ее проверить. Мне показалось странным, что капитан не пожелал поделиться подробностями насчет того дела, над которым она работает.

Правда, Ноэ привык к враждебности детективов, не желающих иметь ничего общего с ФБР, поэтому и предположил, что капитан специально уклоняется от разговора. Мне же показалось, что он просто не знает, чем занимается его подчиненная, но дальше догадок дело не пошло. Тогда я сделал зарубку в памяти и временно забыл об этом.

– Мне следовало бы потолковать с другими детективами, – повинился Ноэ. – Узнать, каково им работать с ней.