P.S. Люблю тебя

Джейден выходит из кабинета в сопровождении десятка взглядов, устремленных ему в спину, и едва дверь за ним захлопывается, поднимается возмущенный шум.

— Нельзя просто так увольнять сотрудников…

— Придется перестраивать всю работу заново…

— Как мы будем объяснять клиентам…

Айзек выглядит хмурым, его взгляд устремлен на меня, словно это я, а не Джейден, вынуждаю его увольнять сотрудников. Хотя возможно, он смотрит на меня так, потому что я не считаю нужным скрывать наслаждение происходящим. Перепуганными лицами этих людей, трясущихся за свои насиженные места, не желающих, чтобы их уютная рутина хоть как-то менялась.

Мне нравится, что в компании появился лидер, способный всколыхнуть застоявшееся болото, нравится не думать о том, что завтра усилиями Айзека мы все пойдем ко дну. Джейден только что дал понять, что проигрыш в его планы не входит, и в достижении своей цели он готов идти по головам. Такие методы мне близки и понятны, а потому сейчас я полностью удовлетворена. Определенно, с его появлением у Сэма появились все шансы сохранить наследство.

Спустя двадцать минут, главы отделов расходятся, продолжая возмущенно перешептываться, а мы с Айзеком остаемся вдвоем. Я собираю бумаги под его под его пристальным взглядом и первой нарушаю молчание:

— Перестань смотреть на меня зверем. Он говорит разумные вещи. Пора вычистить пыльный чердак от ненужного хлама.

— Какое совпадение. Помнится два года назад ты убеждала меня сделать то же самое. Убрать Гейла, Стоуна, Голдблюма. И теперь приходит он, и повторяет за тобой слово в слово.

— И о чем это говорит? Что я два года назад была права и прислушайся ты ко мне, наше сегодняшнее материальное положение было бы куда лучше?

Слышится скрип отодвигаемого кресла, Айзек выходит из-за стола и движется ко мне. Мне это не нравится, но я продолжаю аккуратно складывать бумаги.

— Или то, что вы с ним возобновили свою давнюю дружбу.

— Хмм… — не удерживаюсь от издевательского вдоха. — Помнится ты сам послал меня уговаривать Джейдена подписать договор о партнерстве.

Разве это не предполагало дружескую беседу?

— Не играй со мной, Таша, — Айзек перехватывает мой запястье и резко его выкручивает, отчего собранная стопка вновь рассыпается по столу. — Я сейчас слишком зол, чтобы терпеть твои издевки. Много лет назад ты сделала из меня дурака, но больше у тебя не выйдет.

Мне больно, но показать свою боль означает проявить перед ним слабость, поэтому все, что он видит в моем лице — это насмешливую снисходительность.