Возвещенное скрепилось узами,Замкнут круг, но прошлым или будущим?"
"Не без труда отыскал я маленький храм, спрятавшийся среди вечно зеленых цветущих магнолий, и вошел внутрь. Служба уже заканчивалась и мне удалось протиснуться к священнику через толпу обступивших его прихожанок. Благословив меня, он сказал, что Библии на продажу у него нет, но недавно к нему приезжал его друг, священник из Батуми, вот у него есть лишняя Библия и владелец, возможно, уступит мне свою редкую книгу. Услышав это, я возрадовался всей душой, так как в те времена книги по христианству достать было невозможно, а если они появлялись на черном рынке, то стоили огромных денег.
В раздумье я вышел на церковный двор и заметил в углу, под высоким кипарисом, кольцо верующих женщин, тесно кого-то обступивших. Подойдя поближе, я увидел, что женщины окружили престарелую, сухонькую, с добрым лицом монахиню, с любовью отвечающую на их многочисленные вопросы. Она подняла глаза и мир поплыл передо мною. Они излучали что-то такое родное, что я начал плакать, стыдясь своих слез и вытирая их руками.
Монахиня взяла меня за руку, перекрестила и четко, строго сказала:
— Слушай внимательно: на дурное не ходи, делай доброе. А лучше иди в монахи, — и спасешься…
Я молча кивнул головой. Но обступившие нас женщины запротестовали:
— Молодой человек, ты лучше сделай так: и на земле поживи, детей заведи, и Богу угоди!
— Не слушай их, сынок! — строго и непреклонно повторила наставница. — Ищи прежде всего Царство Небесное и иди в монахи, не ищи мирского… Иди к Богу налегке.
— Так это же нужно от всей жизни отречься? — ее пожелание поставило меня в тупик.
— Да какая это жизнь? Вся жизнь — это пока детство длится, а потом — мертвые хоронят своих мертвецов… Ты молиться умеешь?
— Немного умею… — смущенно ответил я.
— Вот тебе четки, читай «Господи Иисусе Христе, помилуй мя!»
И она, благословив, вручила мне стертые от долгого употребления четки, которые я с благоговением сжал в руке.
Помню, еще эта благодатная молитвенница рассказала мне, что по происхождению она гречанка, долго жила в Киево-Печерской Лавре, а сейчас паломничает по святыням Абхазии.
— Да пребудет с тобой милость Божия, дорогой мой! — попрощалась она со мной и снова перекрестила меня.
Здесь женщины заговорили все разом, и я выбрался из толпы. Весь день я провел под впечатлением этой удивительной встречи и к вечеру всей душой влюбился в эту старенькую монахиню.
