Птицы Великого леса

Споткнувшись, Ежи схватился за стену, устоял, обернулся вниз, но глава Тихой стражи уже скрылся за одним из бесчисленных поворотов винтовой лестницы. Не стоило ожидать, что Гжегож простит старую обиду. Да, он намеренно использовал Ежи, чтобы управлять Венцеславой, но сути это не меняло: Ежи его предал.

– Понял, – негромко ответил он, не уверенный, что его услышали.

Он хотел добавить что-нибудь ещё дерзкое, злое, отчаянное, но промолчал и стал дальше подниматься наверх.

Обычно духи разбегались, почувствовав Ежи издалека, но Малый человек Твердова обитал в этих стенах не один век и вряд ли когда-то бывал за их пределами.

Ежи нашёл его в углу на чердаке. Весь день, как только он оказался в Твердове, Ежи ощущал присутствие других духов на конюшнях, в банях и избах, но ни один из них не был таким древним.

Малый человек вовсе не был человеком, по крайней мере он давно им быть перестал. Он дышал размеренно и шумно, как бык, смотрел спокойно и даже устало, но когтистыми лапами беспокойно корябал доски на полу.

Видеть домового было странно. Обычно духи скрывались от простых людей. Ежи до сих пор не привык, что потаённый мир Нави вдруг ему открылся.

Ежи, сам не понимая, зачем, помахал рукой и неловко замер на другом конце чердака. Почему-то убивать Малого человека совсем не хотелось, даже тьма в груди, сытая после недавней кикиморы, осталась равнодушной.

За минувшее время Ежи мало научился понимать собственную силу, но он почувствовал, что Малый человек Твердова был удивительно силён.

– Меня зовут Ежи, – вдруг зачем-то представился Ежи. – Меня прислала госпожа Венцеслава.

Дух не пошевелился. Ежи засомневался, что он вообще мог понять человеческую речь.

Не так Ежи представлял себя в роли Охотника. Убить лесавку у него получилось случайно, а когда на них напала кикимора, он просто защищался. Никогда он еще никого не убивал намеренно.

– Ты… – промямлил он. – Тебя же звать Дедушка, да? Веся так называла домовых.

Малый человек вдруг склонил голову к левому мохнатому плечу. Он был похож на большого уродливого кота.

– Дедушка? – повторил Ежи. – Правильно?

Дух моргнул, сложил лапы на коленях. Большие золотые глаза посмотрели с удивительным пониманием, и Ежи вдруг почувствовал оторопь.

– Веся как-то рассказывала о тебе. Ну, не о тебе, о домовых.