Онлайн-библиотека книг
Он вышел из корпуса во двор госпиталя и обомлел. Напротив входа жарились на солнце трое в гражданских костюмах – Крячко, Кувшинников и генерал Орлов собственной персоной. Они смолили сигареты и поглядывали на часы. Появление Гурова привело их в восторг.
– Наконец-то! А мы думали, что ты решил остаться! – завопил Крячко, бросаясь к Гурову с объятиями.
Они обнялись так, что захрустели кости. Следом подошел Орлов, тоже прижал Гурова к широкой груди. Кувшинников подошел последним, скромно пожал Гурову руку.
– Как ваше здоровье? – вежливо спросил он.
– Это уж от вас зависит, – усмехнулся Гуров. – Мое здоровье. Я пока лежал, всю голову изломал, почему это ко мне никто носа не кажет. Так плохи дела?
– Это как сказать, – хмыкнул Орлов и, обернувшись к Кувшинникову, заговорщицки ему подмигнул. – Давай, как договорились!
Они повернулись и пошли в густую аллею, где, расположившись на дальней лавочке, извлекли из потрепанного портфеля две бутылки водки и нехитрую закуску.
– Давненько мы все не собирались вот так запросто, – сказал Орлов, похлопывая Гурова и Крячко по плечам. – Но сегодня можно. Есть что отметить. Давайте!
– Так я не понял, – спросил Гуров, когда все опрокинули по первой. – Мы чего празднуем? Кто-нибудь мне скажет?
– Во-первых, твое чудесное исцеление, – сообщил Крячко. – Во-вторых, вот этот крендель, Кувшинников, вышел сегодня из-под домашнего ареста. Ага! Сидел как руководитель нашей группы.
– Но вообще наломали вы дров! – мечтательно сказал Орлов. – Давно я так не крутился. Как уж на сковородке! Тебя зачем на этот теплоход понесло?
– Посмотреть, – сказал Гуров.
– Посмотрел? А если бы тебя там пристукнули? Очень даже могли, между прочим. Этот Велес такой хлюст оказался – у него поддержка даже в нашем ведомстве была.
– Между прочим, я Стаса предупредил, пока связь была, чтобы он поддержку организовал!
– Правильно, «предупредил»! – передразнил Орлов.
"– Я уж вижу, ждать бесполезно, – доверительно сказал Крячко, – взял на свой страх и риск пяток ребят, две тачки личные и следом за тобой рванул. Вы по каналам, а мы за вами по берегу. Связаться невозможно, от Петра ничего утешительного. Так и гнали, пока ты это корыто на мель не посадил.
