Онлайн-библиотека книг
Судя по всему, просьба была выполнена Ребровым незамедлительно, потому что Гуров услышал в трубке властный и откровенно злой голос:
– В чем дело? Я слушаю!
– Это говорит полковник Гуров, старший оперуполномоченный из Москвы."
"– Ах, так! Очень приятно! – саркастически произнес собеседник. – Вас-то нам и не хватает! Я заместитель начальника городского УВД полковник Прошин. Может быть, потрудитесь объяснить, господин полковник, что вы тут нам такое учудили?..
– Мне объяснять некогда, – перебил его Гуров. – Я здесь с напарником и с подозреваемым, который бежал у вас из СИЗО, с гражданином Дужкиным.
– Вас плохо слышно! – безапелляционно заявил Прошин, явно не желая ничего слушать. – Вам необходимо немедленно явиться к нам в управление. С напарником, без напарника – ваше дело. Мне все равно. У нас накопились к вам вопросы. Вы все-таки не в Москве у себя. У нас тут все чуть-чуть по-другому…
– Прошин, дорогой! – почти с ненавистью воскликнул Гуров. – Речь как раз и идет о том, чтобы доставить нас в управление.
– Вас плохо слышно! – еще раз категорически объявил Прошин и отключился.
– Вот сукин сын! – потрясенно глядя на Крячко, пробормотал Гуров. – Это и называется – попали на ровном месте мордой об асфальт! Он даже не стал слушать, где мы находимся!
– Неужели? – притворно удивился Крячко. – А я думал, вы о марке вертолета договориться не можете…
– Кончай трепаться! – сердито оборвал его Гуров и снова принялся терзать клавиатуру телефона.
На этот раз он намеревался заставить Реброва передать все подробности начальству своими словами. Но Ребров подключился всего на какую-то секунду и, не слушая Гурова, прошелестел испуганной скороговоркой:
– Не могу, не могу! Никак не могу говорить! Потом!
Он тоже отключился, причем так, что стал недоступен для вызова. Гуров с большим трудом сдержал обуревавшие его чувства, но, одержав эту небольшую победу, произнес уже довольно ироничным тоном:
– Как всегда, нам повезло.
– Ну, спрятаться… – неуверенно сказал аферист. – Дождаться ночи и вплавь…
Гуров медленно помотал головой:
– Не пойдет. Мы дождаться можем, но нас дожидаться никто не будет.
