Пулевое многоточие

Дима уронил карты и тоже выхватил пистолет.

– Говори, сука, от кого слышал про «Советскую Родину»? – прошипел Игорь Петрович, резким движением затягивая петлю на горле у Кувшинникова. – Или сдохнешь, как собака на живодерне! И не надейся, что пронесет, – здесь кругом наши люди, а вы в капкане!

Гуров увидел мгновенно побагровевшее и сделавшееся страшным лицо Кувшинникова. Несмотря на два направленных на него пистолета, он был уже готов броситься на помощь товарищу, но тот опередил его на какую-то долю секунды.

Как позже признавался Гуров, он никак не мог ожидать от нескладного Кувшинникова такой прыти. Но, главное, этого не ожидали враги.

Рохля Кувшинников не стал дергаться, не стал хрипеть и царапать ногтями стол. Он просто вскинул руки и наугад, но с поразительной точностью ударил ладонями по ушам Игоря Петровича. Видимо, боль была настолько сильной, что тот на мгновение потерял контроль над собой. Он вскрикнул и выпустил из рук петлю. Кувшинников тут же вцепился в его пиджак и с удивительным проворством швырнул Игоря Петровича через себя.

Тот пролетел по воздуху, врезался головой в монитор, из которого с треском сыпанули искры, и рухнул без чувств на пол. Из черного жерла монитора пополз вонючий дым.

Гуров что есть силы пнул стол. Дима, получив удар в грудь, опрокинулся на пол и выстрелил. Пуля взвизгнула рядом с Гуровым и разнесла лампу под низким потолком. В комнате воцарилась полутьма, рассеиваемая лишь мутным отсветом экранов.

Гуров метнулся влево, намереваясь любой ценой обезвредить третьего.

Но Владимир Корнеевич уже выскочил за дверь. Мигом переориентировавшись, Гуров прыгнул сверху на Диму, выбил у него из руки пистолет и попытался схватить за горло. Но противник оказался на редкость ловок. Поймав Гурова на встречном движении, он легко швырнул его через голову, примерно так, как только что проделал это Кувшинников.

К счастью, Гуров не врезался головой в монитор и удара током не получил. Но в легком нокауте все же оказался.

Пока он приходил в себя, его карточный партнер тоже выскочил за дверь. За ним устремился Кувшинников. Гуров помотал головой. В голове гудело.

«Ловок, сукин сын! – с неодобрением подумал он о Диме. – Но каков Кувшинников!»

Он никак не мог найти в себе сил, чтобы подняться, но тут за стенами во дворе стукнул выстрел. Цепляясь за какие-то деревянные углы, Гуров встал, широко шагнул к двери. И тут в кармане Игоря Петровича зазвонил телефон.