Пуля с Кавказа

Пора уже этих ребят и за пищик брать…"

"Спустя шесть часов Кира Студнёва, торговца старьём с Никольского рынка, вызвали в участок для продления вида. Тот ушёл на полчаса – и исчез. К удивлению старьёвщика, его в закрытой карете доставили, вместо Спасской части, в Военную тюрьму на Компанейской улице. Там два суровых ефрейтора отодрали его плетьми, как сидорову козу. Ничего не объясняя и ни о чём не спрашивая. Когда после этой процедуры в комнату вошёл осанистый генерал со страшным, испепеляющим взглядом, Студнёв уже был готов сознаться в чём угодно.

Представленный ему фотографический портрет офицера он сначала не признал, но когда прямо на карточке офицеру пририсовали бороду, тут же сообразил:

– Он, ваше превосходительство! Четыре раза мне купоны приносил! И из имущщества ино чево: бурнус со стеклярусом ношеный, селебряная мыльница, портсигар кожаный ношеный и золотые очки. Одно очко разбито…

Это были вещи отставного майора Нирода, ограбленного и убитого неизвестными два месяца назад.

Вечером штабс-капитан Панюхин был арестован.

При тщательном обыске в его квартире за кухонной плитой вскрыли тайник, не обнаруженный Сенаторовым при первом осмотре. В тайнике нашли одиннадцать тысяч рублей из тех, что были отобраны у артельщика. Под давлением улик налётчик в офицерских погонах выдал своих сообщников. Ими оказались два запасных рядовых пехоты, служившие прежде во взводе у Панюхина, а ныне петербургские обыватели. Военный министр Ванновский в крайнем смущении поехал в Гатчину докладывать о вопиющем происшествии государю.

Енгалычев же не скрывал перед своим бывшим одноклассником разочарования.

– Ты, Паша, видно, одних лишь уголовных ловить умеешь. Ну, улучшил полицейскую статистику… А толку? Шпиона-то не нашёл!

– Подбери фалы, Ваня. Я тебе список подозреваемых вдвое сократил. Что, мало? Ладно, уговорил – будет тебе и шпион.

Глава 17

Разгром в столице

День у полового Ивана Иванова не задался с самого утра. Трактир «Бессарабия» на Большой Посадской улице открылся, как положено, в десять часов.

Тут же, словно дожидался, зашёл «барин на вате» и занял лучший стол! Половые очень не любят этот сорт посетителей – с претензией, но без денег. Просидит такой полдня, а счёт ему подадут на тридцать копеек… Обычно прислуга начинает выживать незваного клиента. Так и сейчас: на требование чаю Иванов подчёркнуто грубо ответил, что плиту ещё не разогрели. И добавил:

– Вы бы, сударь, шли от нас в извозчиков трактир. Тут неподалёку, в Певческом.