Только вот, как я разумею, этот «Трибуц» обстрелял минное заграждение точно в момент, когда над ним проходили японские миноносцы. Подорвалось, кажется, три букета. Два средних в строю миноносца просто пропали, подрыв был прямо под ними, а может, и их мины в аппаратах рванули, не знаю. Говорят, шимоза штука подлая… Концевой на полном ходу влетел в столб воды от взрыва и, кажется, перевернулся. А головного они пушками взяли. Вы не смотрите, Ваше Сиятельство, что это всего лишь два орудия в башнях, но бьют они часто, как картечница Нортфельда, и точно, пристрелочных выстрелов не было, сразу пошли накрытия, причем фугасными снарядами…
– Вот, а говорите, что плохо видели… – Наместник повернулся к Вирену.
– Ну что скажете про такие чудеса, Роберт Николаевич?"
"– Накрытие без пристрелки с первого залпа – это уж точно из области чудес, да и с этим минным полем не все чисто. Даже если у них и была карта минных постановок, она не может быть настолько точна, чтобы можно было тралить заграждение артиллерией или вот так, летающими бомбами.
Не может быть такого! Но все равно это так похоже на то, что мы уже наблюдали под Артуром… Летающих бомб не было, это да, но вот удивительно меткая и быстрая артиллерийская стрельба там тоже была, наблюдал самолично.
– Роберт Николаевич, а может быть, то, что мы слышали от ваших марсовых – что минную атаку на Того этот крейсер проводил с семи-восьми миль? И попал всеми минами, не было ни одного промаха.
И лейтенант с наблюдательного поста на Золотой горе докладывал о метком и быстром артиллерийском огне с огромных дистанций. И число попаданий, знаете ли, примерно в одну треть всех снарядов, тоже, по мнению современной артиллерийской науки, считается невозможным. И все это невозможное громоздится кучей на этих кораблях. Мне сложнее найти там обыкновенное, чем невиданное.
И что все четверо, по словам очевидцев, идут почти без дымов – это на фоне дела сегодняшнего утра право такие мелочи… – Наместник махнул рукой. – Ну что молчите, господа офицеры? Когда я слышу о чем-то подобном, невероятном, но вполне очевидном, что я должен думать, а?
– Наверное, Ваше высокопревосходительство, вы имеете в виду правило перехода количества в качество, прямо по философии Гегеля? – переспросил Юрасовский.
