– Если на этом корабле собрано такое количество невероятных новшеств, то и причина, и способ его появления здесь может оказаться особенно невероятным…
– Константин Константинович, вы хоть сами-то поняли, чего сказали? – буркнул Вирен, – от слов «невероятное» уже голова кружится.
– Так, господа, мы с вами не на богословском диспуте! – прервал разговор Наместник. – Вы, капитан второго ранга, что должны были делать? Провести нас через минные поля, так проводите. И кстати, что там за иллюминация на островах?
– С ИХ вспомогательного судна «Николай Вилков» высажена рота ИХ морского десанта, и теперь они ловят там остатки японского гарнизона.
Тут японцы почти стационарную базу начали строить, со своим гарнизоном, так что охота в разгаре.
– Ладно, ступайте, – Алексеев отпустил Юрасовского и повернулся к Вирену: – А вы, Роберт Николаевич, тоже займитесь своими командирскими обязанностями, а с невероятным будем разбираться при ближайшем его рассмотрении…
Через час с небольшим, проследовав за «Страшным», «Баян» бросил якорь на внутреннем рейде бывшей японской базы, в непосредственной близости от двух кораблей незнакомой конструкции.
Стрельба на берегу к тому времени почти прекратилась, и только где-то в глубине большого острова время от времени звучали одиночные выстрелы.
Наместник с мостика обозревал окрестности. Вон скупо освещенные стояночными огнями «Аскольд» с «Новиком», как овчарки отару овец, зажимают в угол несколько явно торговых пароходов.
Рядом с ними еще один «пришелец» – судя по обводам, тоже купец, только вот над надстройкой флаг не иностранной державы, а Доброфлота. Вон, скорее всего, тот самый «Николай Вилков», стоит почти под берегом большого острова. Рядом с ним еще два корабля размером поменьше «Новика», но намного крупнее даже самого крупного истребителя. Алексеев перевел взгляд на предположительно крейсер первого ранга, стоящий по соседству на якоре. Как и на всех боевых кораблях этой эскадры, его корпус и надстройки были окрашены неровными треугольными пятнами и полосами, ломающая контуры силуэта, две орудийные башни в носу, странные решетчатые мачты, непонятная плоская надстройка в корме… И рядом с ними – что-то черное, продолговатое, с торчащим вверх плавником, будто всплывшая подремать на поверхность китовая акула размером с броненосец.
– Ну-с, Николай Робертович, они? – спросил Алексеев, указывая на корабли.
