Правда, видимо, недавно кто-то был у него – в воздухе запах духов витает, едва уловимый, но Руслан его почувствовал. Смутно знакомый и навязчивый. Шлюху снова заказывал. Вот любит он продажных тварей – говорит, они самые честные. В чём-то Руслан был с ним согласен. Заплатил, взял, спустил, и все довольны, никто мозги не трахает. Когда-то он и сам так делал, время и силы экономил. Заплатил – выбрал на свой вкус и доволен. Серый принес еще стакан и огурец соленый подал. Руслан на этот раз выпил половину – стало немного легче, как анестезия, но очень слабая, когда мозги начинают работать, а не только на боль реагировать.
– Уже лучше. Трясти перестало, а то руль в руках удержать не мог.
– Меня самого трясет после того, как сказал.
– Так затрясло, что аж девушку свою выпроводил?
Серый замялся, даже взгляд отвел. Ладно – не хочет о девушке.
– Да то так – ни о чём. Я и девушки – это вещи несовместимые больше чем на пару часов в постели. Давай проходи. Стал на пороге.
Они в комнату зашли, и Руслан рухнул в кресло, ему казалось, он не спал уже трое суток, да и не отдыхал толком.
Только сейчас это почувствовал. Все мышцы как каменные, и расслабиться не может, правда, паника отпустила, и лихорадить перестало.
– Так, рассказывай, что стряслось?
– Лешаков, тварь, с Ахмедом. Никто другой этой херни бы не устроил. Они придумали, как надавить. Притом придумали заранее.
– И что решил?
– А что я могу решить? Я при любом раскладе в проигрыше. При любом. Им сейчас горит контейнеры пустить по линии.
Я должен бумаги подписать. Ты понимаешь, что, как только я их подпишу, они сольют нас всех: и меня, и детей, и Оксану. Все. Я им больше не нужен – под ногами мешаться и угрозу представлять. Они прекрасно понимают, что я потом их в живых не оставлю.
Серый грязно выматерился и откинулся на спинку дивана. Закурил, пуская дым в потолок, потом посмотрел на Руслана:
– И что делать?
– Пока время тянуть. Неделю твари дали. Мне за эту неделю каждый шаг надо продумать. С Лешим завтра встречусь и поговорю с утра, может, надавлю на ублюдка, и он расколется.
– Ты не сдержишься и пришибёшь его. Я хорошо тебя знаю. И что тогда?
Руслан посмотрел на Серого и медленно выдохнул, налил себе еще водки.
– Хреново тогда. Нельзя пока. Никого трогать нельзя, ждать надо. А как ждать, Серый? Я, бл***ь, мозгами еду. Я голос дочери услышал, и у меня крышу рвет. Я убивать хочу. Меня от бессилия подкидывает.
– Ты успокойся для начала. Давай подумаем.
