Маша что-то долго искала в коридоре на полке, а потом принялась перекладывать кошелек и косметичку в рабочую сумку. Перед самым завтраком, когда жена закрылась в ванной, Витольд аккуратно зацепил ее баул и осторожно заглянул внутрь. Мэри взяла на работу часы! Интересно!
Настроение сразу испортилось. Стрельников вернулся в спальню и плюхнулся на кровать, умудрившись больно удариться пяткой. Взыв от боли, он ощупал место удара.
«Перелома нет вроде», – решил он и, уткнувшись лицом в подушку, снова принялся выдвигать версии.
«Больно и неприятно, – сам себе пожаловался Витольд. И тут его словно по голове ударило. – Мэри! Как же она жила эти два года!» Витольд потер место ушиба и внезапно подумал, что если перевести чувства в формат боли, то ушибленная пятка вполне потянет на эпизод с часами, а вот Машины переживания вполне сравнимы со страданиями Никиты после аварии. «Только грузовик – это я сам», – мрачно вынес вердикт Стрельников, и от неожиданных ассоциаций удушливым спазмом свело дыхание. Закололо за грудиной.
«Пока есть время, нужно все исправить, – сам себе велел Витольд. – Без Мэри моя жизнь превратится в хлам!»
По дороге на работу позвонили из областного Минздрава, и важный чиновник строго осведомился.
– Нам тут сигнал поступил, Витольд Александрович, – начал он солидным басом. – Вы общаетесь с целительницей. Илларией. Это правда?
Витольд от удивления даже дар речи потерял. Как информация о контактах Мэри с этой мадам так быстро просочилась в министерство?
– Что именно? – уточнил Стрельников, будто не понимая.
– Сигнал поступил, – снова завел свою волынку чиновник. – Вы вчера ее навещали.
– Я? И как это выяснилось? – поинтересовался Стрельников, косясь на Мэри. Жена, не обращая внимания на телефонный разговор, задумчиво смотрела в окно.
– Вы около калитки представились собравшимся…– объяснили из трубки.
– Только я или все так делают? – осведомился Витольд.
– Что делают? – не понял собеседник.
– Подходят к калитке и называют свое имя? Или еще и паспортные данные сообщают?"
"– Шутите, Витольд Александрович? – вздохнули в трубку.
– А у нас сигнал, что наши врачи сами лечить не умеют, а посещают целителей. Министр держит этот вопрос на контроле. Что мне теперь делать?
– Напомните министру, что вчера вечером я вернулся с симпозиума в Барселоне и понятия не имею, кто и где назвался моим именем, – ввернул Витольд.
– Да, конечно-конечно, это меняет дело, – уверил собеседник. – Но, если не трудно, передайте нам посадочный талон.
