– Это что такое? – грозно осведомился он у Евы, показывая рисунок.
– Усики, – ничуть не смутившись, заявила дочь и еще раз ткнула в длинные кривые линии, словно два веника, намалеванные шариковой ручкой под носом у «красавчика».
– Прям Семен Михайлович Буденный, – хмыкнула Агата и строго воззрилась на племянницу. – Ева …
Дочка обвела родственников серьезным взглядом и, вскарабкавшись ногами на диванчик, заявила громко:
– Мама сказала, это злой калоль! А у злых всегда усы!
– Тут и не поспоришь, – фыркнула мамОля, Агата согласилась, а Стрельников, забрав портрет злого короля, побрел к жене.
Теперь явно придется все переделывать. Кому такую «красоту» покажешь? Несерьезно!
Но Мэри, увидев знакомый лист, села на кровати и задумчиво пробормотала:
– Я видела этого человека, Вит. Он, конечно, стал старше, и уже почти весь седой, и лицо в морщинах. Но это точно он, я не могла обознаться!
Глава 34. Часть 1.
– Где? – рыкнул Стрельников. – И когда?"
"– Он вчера днем к нам в офис заходил. Его Константин знает и, кажется, Анечка, но я не уверена.
Витольд заметался по комнате.
«Как же близко враг подобрался!» – с горечью осознал он. А вслух пробурчал неохотно:
– Пока этого мерзавца не найдем и не обезвредим, придется тебе дома посидеть.
– Да я никуда и не собираюсь, – пролепетала Маша и пожаловалась, будто извиняясь. – Нога болит. Агата повязку наложила, но все равно ступать больно.
– Раненый мой боец, – ласково пробормотал Стрельников.
Мэри положила ему голову на плечо и позвала тихонько:
– Вит…
Он посмотрел на нее внимательно.
Задержал взгляд на глазах, полных страха и боли.
– Спасибо тебе, – прошелестела Маша одними губами и снова уткнулась лицом ему в грудь. Зашмыгала носом.
– Ты чего ревешь, мое сердечко? – насторожился Витольд.
– Люблю тебя, – плача призналась Маша. – Пытаюсь простить, а оно сразу не получается. Только ты не торопи меня. Я так боюсь… И страх этот не дает покоя, а вдруг ты опять меня бросишь и вернешься к своим подружкам.
– Нет, – отрезал Витольд.
– Незачем слезы лить из-за этого. Я тебя не подведу. А знаешь, почему?
– А? – переспросила Маша.
– Я люблю тебя, – просипел Витольд и потянулся к жене с поцелуем. – Я тоже боюсь, Мэри, – прошептал он, прижимая ее к себе. – Очень боюсь тебя потерять.
– Я тоже, – пролепетала Маша, обвивая его шею руками.
– Не слушай Майку, не такой уж я плохой, – отчаянно попросил Стрельников.
– Наверное, глупо пить с любовницей брата и бранить мужиков, – устало вздохнула Маша.
