курам на смех! Ну, кто придет? Кулик да Супер-кот. Может, в конце дня Батон, друг детства подтянется. Но неугомонная женщина самолично наготовила всяких суфле и тирамису и теперь после застолья, сославшись на усталость, удалилась в спальню. Чегевар отправился следом и залюбовался, глядя на Аньку, возлежавшую на кровати в красном шелковом неглиже: маечка на тонких лямках, из которой соблазнительно выступают крупные полушария, и шортики, чуть прикрывающие телеса.
– Красивая ты, Птица, – он огладил покатое бедро и примостился рядом, в ногах.
Взял в руки ступню, все эти годы казавшуюся ему совершенной, провел большим пальцем от пятки к носку. И снова повторил:
– Красивая!
– Подарок хоть понравился?– лениво осведомилась Анька, приподнимаясь на локте. Россыпь рыжих волос упала на спину и грудь.
– Да, угодила, – улыбнулся он.
– Носить будешь или опять запрешь в своем хламовнике?
– Обещаю, – кивнул он и нежно коснулся губами пальцев ноги."
"Анька снова откинулась на подушки, предвкушая незатейливые ласки.
Но в этот момент у Чегевара в кармане зазвонил сотовый.
– А-а, – радостно запричитал он в трубку. – Иду-иду!– А потом, переведя взгляд на Аньку, хмыкнул, извиняясь: – Батон приехал, пойду я. Ты тоже выходи. Побалакаем.
Батон! Анька чуть не взвилась от бешенства. Сам Гурьянов пожаловал. Друг детства. Сколько раз она слышала рассказы о знакомстве двух совершенно разных мальчишек. Два мира – два кефира! И где познакомились – в бане! Подружились на долгие годы. Никаких официальных точек соприкосновения.
Никто и никогда не догадается. Она нехотя встала, накинула сверху широкое льняное платье и, поправив прическу, пошла в столовую, приветствовать гостя. Но там никого не оказалось. Во дворе тоже. Анька, выглянув из окна кухни на задний двор, заметила дружков на веранде, примыкающей к зимнему саду. Можно было пройти через анфиладу комнат, как это сделали Чегевар и Гурьянов, но Анька решила сократить путь через Сенечкин кабинет. Но уже около распахнутой двери она замерла, понимая, что разговор явно не для ее ушей.
– Я хочу избавиться от Майи, – заявил Гурьянов, нимало не смущаясь.
– Это заказ? – пробормотал Арсений. – Если да, то гони аванс.
– Не знаю пока, – буркнул Валера. – В моем случае грохнуть дешевле, чем развестись...
– Чего надумал на старости лет? – равнодушно поинтересовался Чегевар.
– Она опять крутит со своим Сереженькой.
– Донесли?
– Сам видел в Кирпичниках.
– Обнаглели ребятушки.
– Да...
