Краем сознания она понимала, что мужу мешает рубашка, но не предприняла ни одной попытки ее снять. Борьба с батистом распалила Стрельникова. И он уже собирался порвать ненавистную тряпку, но, еле сдерживаясь, пробормотал на ушко жене:
– Сними ее, Мэри. Иначе я за себя не отвечаю.
– Тебе надо, ты и снимай, – глядя лукаво, фыркнула жена. – Мне не мешает…
– Ах так, – проревел Витольд и принялся стаскивать с жены сорочку. – Я порву ее, Мэри, – предупредил он грозно. – Не хочу делить тебя даже с гадской тряпкой.
– Это батист, – улыбнулась дразняще жена.
– Тем более, – хмыкнул Стрельников и уже собрался разорвать ткань, ставшую камнем преткновения.
– Подожди, – остановила его Мэри. Ее тонкая ладонь легла на его лапищу. – Подожди,– пробормотала она снова и потянулась к нему с поцелуем. – Я сама.
Витольд в немом изумлении наблюдал, как жена, усевшись на кровати, лениво снимает с себя дурацкую сорочку. Томные и медленные движения, словно танец какой.
«Вот ведь зараза, – про себя пробормотал Стрельников.
– Ну да ничего, я подожду. Только берегись потом, мое сердечко!»
Раздевшись, жена собралась отложить рубашку в сторону, как Витольд перехватил ее.
– Не откажи мне, девочка, – прохрипел он, закидывая ночнушку куда подальше. Белая тряпка, словно парашют, пролетела через всю спальню и приземлилась на пол около окна.
– Отлично, – расхохоталась Маша. – Где твои трусы? Я их сейчас в окно выкину!
– Зачем? – прорычал Витольд, укладывая жену на кровать и примостившись рядом.
– Зачем? – повторил он, оглаживая внутреннюю поверхность ее бедра. – Скажи…
– Сообщить всей округе, что мы помирились, – пробормотала Маша, чувствуя, как собственнически движутся вверх руки мужа.
– Отлично, – насмешливо протянул Стрельников, обводя языком овал груди, а затем и сам сосок, превратившийся в бутон. – Только мне не до смеха, мое сердечко, – рыкнул он, почувствовав, как она задрожала в его объятиях.
Жена прильнула к нему, и Витольд почувствовал, что еще немного – и он не совладает с собой.
Будто школьник на первом свидании…
– Мэри, – снова прорычал он, переходя в наступление.
«Крепость по имени Мэри сдалась, – мысленно проворчал Стрельников, прижимаясь к жене после долгого марафона. И тут же поправил себя: – Не сдалась. А просто стала домом для одинокого рыцаря».
– Вит, задушишь, – пробормотала Маша, пытаясь немного ослабить хватку супруга. Муж перевернулся на спину, увлекая ее за собой.
