Угораздило же его влюбиться в дочку врага! В первый раз он увидел худенькую Лиду на встрече с Макарием – известным целителем и колдуном. Она сидела в первом ряду и внимала старцу. А Андрюха, вызвавшись ее провожать, запомнил дом и подъезд. И даже умудрился снять там квартиру, намереваясь отбить Лиду у мужа, приблатненного мажора. Но Лида Баженова не замечала ни ухаживаний, ни его самого. А на День Победы он заметил ее около подъезда с двумя стариками. В военной форме и с орденами. И с ужасом в одном из них признал Архипова, ежегодно выступавшего в школе на линейке, а в другом -Баженова, принимавших участие в расстреле на Заводской.
Андрей никогда не задумывался, что, отсиди отец положенный срок, вышел бы давно, и мать осталась бы жива. Он знал и помнил только о том, что вот этот важный вояка с орденами на кителе – убийца его родителей.
– С кем это ты стояла? – весело поинтересовался он у Лиды.
– Наши с Марком отцы, – хохотнула она. А он даже не догадался, зная ее фамилию. По всему выходило, что Лида – дочь полковника Архипова и невестка бывшего начальника контрразведки.
Ромео и Джульетта. Серия пять тысяч сто двадцатая. Андрей помнил, как на негнущихся ногах зашел в дом и сразу же позвонил брату. Намеками объяснить не получилось, пришлось говорить напрямую кто живет по соседству. А бабка-хозяйка все подслушала на свою беду. Юрка прилетел первым же рейсом. Долго думал, прикидывал, встречался со своим другом Сенечкой, называвшемся теперь Чегеваром, и даже свел дружбу с Марком Баженовым.
Но все тогда пошло прахом. Лида обнаружила убитого мужа и, испугавшись, стремглав кинулась в квартиру напротив. Андрей помнил, как она прижималась к нему, словно испуганный воробей. А Юрка, ухмыльнувшись, решил:
– Хочешь эту чику, оставляй. Так даже лучше. Все новости об Архипове узнаем первыми. И никто не заподозрит!"
"Андрей увез Лиду в Сибирь, собираясь спрятать в деревне у матери. Но ей заблажило заехать на Выселки, постоять на бабушкиной могилке. В старом бабкином доме ее и взяли.
Правда, очень быстро признали невменяемой и поместили в спецлечебницу. Он вспомнил, как устроился туда санитаром и ночами пробирался к любимой. А она после аминазина лежала словно мертвая, лишь вздрагивала иногда. Он растирал ей холодные ступни, прижимал к себе…
«Ну не может же она бросить меня после всего пережитого! – в сердцах подумал он, крепко сжимая руль. – Она и знать ничего не знает. Специально точно смотреть не станет.
