– Да не будет никакого отчима, – фыркнула Маша. – Я второй раз замуж не собираюсь. Какая необходимость? Заведу любовника или двоих. У Стрельникова две любовницы, а у меня – два любовника. Эх, заживем!
– Хватит глупости болтать, – строго оборвала мамОля и заметила тихо: – Отец тебе не позволит.
– А откуда он узнает? – рассмеялась Маша. – Я у него увольнительную подписывать не собираюсь.
Витольд стоял в коридоре, прислонившись затылком к стене, и слушал феминистские речи своей супруги. Хотелось ворваться на кухню и залепить ей рот… поцелуем.
«Два любовника! – мысленно ужаснулся он. – Даже не мечтай, дорогая!»
– А чего вы так переполошились? – снова фыркнула Мэри. – Вам-то что? Как ваша жизнь улучшится, если я пущу обратно Витольда?
– Мы беспокоимся о тебе, – пробормотала мамОля.
– И о нем, – тут же встряла Агата. – Он тебя любит."
"– Я вас умоляю, – хмыкнула Мэри. – Нет никакой любви, и в природе не существовало. Мой муж любит только себя. Свое павлинье величество. Это в восемнадцать я верила, сейчас даже не надейтесь.
– Глупости болтаешь, – быстро одернула мамОля. – Он любит тебя и детей.
– Я этого не ощущаю, – отрезала жена. – Дети тоже. Подарки еще не любовь. Ева прекрасно манипулирует его чувством вины. А это неправильно.
– Вот и пусти его обратно, – вставила Агата. – Пусть узнает, какой настоящий отец.
– Царь горы? – уточнила Мэри. – Не хочу. Мне с трудом удалось из того ужаса выкарабкаться. Еще раз поверить предателю? Нет.
Глава 10. Часть 2.
– Отец тоже не сладкий сахарок, – начала мамОля свою любимую песню.
– Папа тебя спас, и этим все сказано, – пробормотала жена. – Витольд ничего героического не совершил. Думает только о себе. А семья – так, придаток к имиджу. По статусу положена жена и дети, ну и баб целый хоровод.
– Но он же вернулся… – принялась уговаривать Агата.
– Куда и зачем? Можешь мне ответить? А самое главное, сроки. Когда это представление подойдет к концу? Ну, чтобы я могла детей предупредить заранее.
Типа папа улетел и обещал вернуться. Карлсон, блин.
– Не ругайся, – тут же сделала замечание теща и добавила: – Агата, посмотри, бульон закипел? Может, уже пора картошку загружать?
– Пойду гляну, как там Ева, – пробурчала Мэри и выскочила в коридор.
Увидев мужа, опешила.
Он схватил ее за руку и притянул к себе. Впился губами в ее губы.
«Никогда бы не подумал, что бывают злые поцелуи», – сам себе заметил Стрельников. Но этот вышел именно таким.
