— Прекрасно. Значит, завтра в клинику, день на восстановление, и потом поступишь в распоряжение Анатолия Александровича.
День на восстановление? Наркоз? Это опасно? — встревожился Сомов. Сомнения накинулись с новой силой.
— Местное обезболивание, вмешательство минимальное, — поморщился Гуров. — Прекрати истерить, ничего с тобой не случится, мне нужен живой и здоровый зять. Айболиты расстараются. О другом думай — осознаешь ответственность? Потянешь компанию?
— Да, я справлюсь.
— Это в твоих интересах, ведь в противном случае ты останешься ни с чем.
Рекомендую не предпринимать никаких шагов и не принимать единолично никаких решений. Сначала консультация со мной и Щербаковым, впрочем, к этому мы еще не раз вернемся, когда будем обсуждать контракт.
— Я понимаю.
О, чуть не забыл! Твои родители слишком рьяно принялись заботиться о девочке, намекни им, чтобы умерили пыл. Надеюсь, у тебя хватит ума не рассказывать им, что Таисия не родная тебе?
— Я не идиот.
— Надеюсь. Значит, объяснишь, что ребенок переезжает к нам, потому что Ксане нужен покой, а девочке незачем видеть больную маму.
Твои родители смогут видеться с ребенком — нечасто и под присмотром — в отдельно обговоренные дни. В твоем доме они не должны никогда появляться, Ксению им видеть незачем. Я бы совсем перекрыл им доступ к Таисии, но это будет выглядеть достаточно подозрительно. Напоминаю, что для всех — у нас дружная и любящая семья.
— Конечно. Я поговорю с родителями.
— Ещё — напишешь завещание на всё своё имущество. Недвижимость, счета, акции, машины — всё, чем владеешь, завещаешь Таисии.
Отбирать ничего не собираюсь, это будет гарантия, что ты сто раз подумаешь, прежде чем решишь, пойти против. Я знаю, что ты многое приобретал на отца с матерью, поэтому даю тебе месяц, чтобы вернуть имущество. Дарственная, покупка — не важно. Конечно, завещание можно отменить, написать новое, но, не обольщайся, что это поможет. Таисия, в любом случае, твоя дочь и является наследницей первой очереди. Родители уже пожилые люди, им не так долго осталось, а больше близкой родни у тебя и нет.
Повторяю — это не угроза, если ты будешь играть по моим правилам, тебя и твои копейки никто не тронет. Должность генерального, соответствующий оклад, пакет акций, власть и космические перспективы, разумеется, под моим присмотром, что в твоих же интересах — считаю, щедрой платой за то, что ты остаешься без родных детей и всю жизнь будешь добр к моей дочери.
— Я все понимаю, не подведу! — твердо ответил Дмитрий.
