Путь ярости

Он нахмурился: что за занудство, в конце концов? Но, вытянув шею, обнаружил, что это Копылов из госпиталя. Тот лежал, закованный в гипс, уже несколько дней и изнывал от безделья.

– Привет, командир, ты как? – бодро начал подчиненный.

– Уместнее спросить, ТЫ как? – усмехнулся Никита.

– А что мне сделается? – гоготнул Алексей. – Лежу, болею. Как только мимо проходят медсестры, делаю трагическую мину.

– Весьма. С одной уже договорился на шесть часов вечера после войны. С другой – на восемь. Вот лежу и думаю, что я сделал не так.

– Ты прямо как д’Артаньян, назначивший мушкетерам дуэль с интервалом в час, – похвалил Никита. – Не спались, смотри.

– Слушай, я звоню, потому что тупо скучно, – обозначил проблему Копылов. – Врачи говорят, что кости срастутся, но не исключено, что я еще годик-другой похромаю. Как же я буду бегать с вами в одной упряжке?

– Оруженосцем примем.

– Правда? – обрадовался Копылов, – Ну, тогда я спокоен. Ко мне тут Порохов заходил, собственной персоной. По-моему, он тоже не совсем отошел, дерганый какой-то, по сторонам то и дело косит.

Но вообще мужик молодец. Похвастался, что Хардинга раскололи. Поет, как голосистый соловей, – заслушаешься. Боится, что его расстреляют, и поэтому готов хоть маму родную заложить. А еще в Савеловском бору накрыли банду диверсантов некоего Бережинского – это тот, которого мы от поста гнали. Десяток уничтожили, десяток пленили… Я тут телевизор смотрю. Наши озвучили сроки начала наступления украинской армии – примерно в конце августа, после Дня их незалежности.

– Лучше бы озвучили сроки начала их отступления, – проворчал Никита.

– Смешно, – оценил Копылов. – Нас опять в ООН обижают – называют террористической организацией. Слушай, я начинаю гордиться нашими республиками – террористическая организация численностью почти 6 миллионов человек!

Турченко насторожился – напротив калитки остановился небольшой грузовик. Послышался голос – женщина благодарила водителя. Тот бросил что-то односложное, снова взревел мотор.

Звякнула щеколда на калитке.

– Ладно, Леха, извини, идти надо, – заспешил Никита. – Удачного выздоровления, все такое.

– Минуточку, – насторожился Копылов. – У тебя странный голос. И вокруг тебя – птички поют, обстановка романтичная… Я правильно все понял?

Капитан не ответил, разъединился. Поднялся с колоды, как настоящий джентльмен. К дому подходила Наташа – уставшая, с темными кругами под глазами. Он навел о ней, к своему стыду, справки. Обычная женщина.