– Давай без обид, ладно? Я так не могу! – Он погладил девушку по щеке – та попыталась коснуться его руки губами. – Все, пока! – Он стремительно покинул баню.
…Ночью крепко спавший Седой проснулся от жаркого поцелуя. Не вполне понимая, спит он или бодрствует, Решетов едва разлепил веки и действительно увидел Милану, которая уже уселась на него и, легко касаясь его груди своими сосками, жарко впилась поцелуем в губы Сергея.
– Ты все-таки пришла? – довольно спросил он и погладил ее ягодицы, которые призывно терлись о его бедра.
– Да, я пришла отблагодарить моего рыцаря-гетаро за великую победу, – страстным шепотом ответила Милана, впуская его в себя и постанывая от наслаждения.
Сергей наконец полностью проснулся, и все напряжение от лихой битвы, от возбуждения дня прорвалось наружу. Он набросился на Милану так, словно не видел ее целый месяц, доведя ее практически до безумия. После пары часов, в течение которых девушка узнала много нового о проявлениях лесоне, о себе и своем организме, она, тяжело дыша, раскинулась на постели, счастливо вздохнула и заплетающимся языком произнесла:
– За тебя опасно выходить замуж – когда-нибудь ты сведешь меня с ума…
– Угу, – глухо откликнулся Седой, – или – ты меня…
– Мне пора.
– Милана жарко поцеловала Сергея, накинула халат и, пошатываясь, словно пьяная, направилась к двери. – До завтра, любимый.
– Пока-пока, – пробормотал Седой и вновь провалился в объятия сна.
…Долгий и непрекращающийся стук, словно клещами, вытаскивал Решетова из дебрей запутанного и непонятного сна.
Осознав наконец, что это стучат к нему, Сергей поднялся с постели, обмотался простыней и приоткрыл дверь. У порога топтался камердинер Витаро – Томасо, который высоким, хорошо поставленным голосом огласил:
– Гетаро Сергей, Легата Отра просит вас посетить его покои!
«Ого! – подумал Решетов. – Меня уже официально произвели в рыцари!»
– Передай Легате Отра, что через три ката гетаро Сергей будет в его покоях! – столь же официальным и пафосным тоном ответил Решет.
Томасо понял, что над ним подтрунивают, надулся и, развернувшись, чеканя шаг, устремился было по коридору. Осознав, что идет не в ту сторону, резко поменял направление и торжественно промаршировал мимо стоящего в проеме дверей Сергея. «Клоун, е-мое!» – усмехнулся про себя Седой и стал собираться.
Минут через сорок, одетый во все чистое и соответствующее его новой должности (спасибо исполнительной горничной), Сергей вошел в опочивальню больного Легаты.
