– Понимаешь, Сергей, складывается очень непростая ситуация… Я уже пообещал ее руку Мэйти, но окончательной договоренности пока еще не было. Ты весьма импонируешь мне в роли возможного зятя; о лучшем муже для Миланы я и мечтать не мог, но договор с лоретом…
– Ну так выдайте свою дочь за этого косоглазого и сделайте ее навеки несчастной! – жестко ответил старику Решетов. – Я знаю, что вы хотите сделать это ради поддержки Байтраны. Так вот что я вам скажу: Милана не разменная монета, чтобы торговать ее жизнью ради этой весьма сомнительной поддержки.
Я наводил справки об этом государстве и из того, что мне удалось узнать, уяснил, что это весьма ненадежный народ и рассчитывать на его помощь в борьбе с противником, втрое превосходящим его силами, по меньшей мере неразумно. К тому же, если пока что вы считаетесь опальным дворянином, то после этой свадьбы вас запишут в перебежчики.
Перебинтованный человек долго раздумывал над словами Сергея и наконец спросил:
– Ну и какой же выход, кроме вашей с Миланой свадьбы, можешь предложить мне ты?
– Я поеду в Тиран и убью Сетуса – на этом все ваши неприятности закончатся, – спокойно ответил Сергей.
– Да понимаешь ли ты, о чем говоришь, безумец?! – вскипел Витаро. – Поехать в незнакомый город и попытаться убить особу лоретовской крови, денно и нощно находящуюся под охраной? Это самоубийство!
Сергей мог бы ответить, что именно этим он и занимался большую часть своей жизни, но лишь тихо сказал:
– Ради Миланы я готов пойти на это. Только прошу вас не сообщать ей о том, что я намерен сделать, – для нее я просто направляюсь в Тиран с дружеским визитом к верховным алкадам Зетро.
– А ты, смотрю я, уже все продумал? – ехидно спросил Витаро.
– Не все, но если договорюсь с вами – включу воображение на полную! – подмигнул Решетов старику.
– Ты все сказал? – нетерпеливо спросил Витаро. Сергей кивнул. – Тогда дай подумать и мне. В течение дня я сообщу тебе о своем решении. Ступай, гетаро!
– Есть, Легата! – иронично ответил Решет и, щелкнув каблуками, развернулся и строевым шагом покинул комнату.
– Шут! – донеслось ему вслед.
Седой прихватил с собой бутыль легкого вина и устроился в беседке, увитой листьями ползучего растения, из которой были видны двери хозяина замка. Изредка припадая к горлышку, в течение последующего часа он наблюдал за действиями, разворачивающимися перед ним."
"Через некоторое время из дверей вылетел, словно ошпаренный, Томасо и ринулся в направлении комнат Миланы.
