А ведь еще вчера ему начало казаться, что здешние небеса не извергают ничего, кроме ненавистного дождя. Что ж, это уже лучше! Разминая затекшие мышцы, Сергей лениво потянулся и, расстегнув пряжку ремня, уселся на своем ложе и огляделся. Освещенный лучами солнца, лес, казалось, преобразился. Вокруг раздавалось жизнерадостное пение птиц; ласковый ветерок играл кронами лесных великанов, в цвете которых уже не столь явно фигурировала фиолетовая составляющая. Причудливые и меняющиеся лесные тени наполняли некогда мертвый лесной массив жизнью, бьющей ключом.
Вчерашние события, исполненные смертельной опасности, сейчас казались эпизодами тяжелого, кошмарного сна. Сергей невольно поежился и вновь ощутил невыразимое одиночество, охватившее его вчера. Неплохо бы осмотреться…
Расстегнув и сбросив с себя пропитанную влагой куртку, Решетов прикинул расстояние до соседнего дерева, намного превосходившего по высоте то, в ветвях которого он заночевал, и, сконцентрировавшись, перепрыгнул на него. Путь на вершину лесного великана был недолгим, и уже через пару минут Сергей смог оценить красоту здешнего неба…
То, что он увидел с вершины дерева, едва не повергло его в бездну животной паники и безумия… Не веря своим глазам, крепко вцепившись слабеющими от шока руками в колючие сучья, Сергей с ужасом и восторгом смотрел в лазурную даль… В отличие от привычного земного солнца, светило этого мира было ослепительно-белого цвета и заметно уступало ему в диаметре.
Казалось, что его энергия била из микроскопической точки, но сила ее была такова, что испарения влажной почвы туманом клубились над лесом.
Но не этот факт заставил разум Сергея застыть в оцепенении… Справа от него, так близко, что казалось – можно дотянуться рукой, в безбрежном небесном океане парило огромное небесное тело, опоясанное кольцом метеоритов… Оно, подобно его родной планете, было окутано голубоватой дымкой, сквозь которую легко угадывались очертания материков и омывающих их океанов. С одной лишь разницей – это были не контуры Земли…"
"Еще некоторое время Сергей оцепенело обозревал представшее его взору великолепное и одновременно ужасающее зрелище, затем вяло и отрешенно, словно усталый ленивец, полез в свое убежище.
Тяжело плюхнувшись на куртку, он невидящим взором уставился в одну точку… Абзац – приплыли! Больше сомнений быть не могло: все это – не какой-то экзотический уголок его родной планеты, а совершенно иная реальность. Чувство апатии внезапно переросло в холодный всепоглощающий гнев.
