Видимо, изувер сумел поймать мою дочь, и одни только боги Зетро знают, где она теперь! И вот именно тогда, под утро, мы наткнулись на твое место битвы с квахо…
Витаро ненадолго умолк, а затем, словно отгоняя невеселые мысли, сменил тему:
– А ты молодец, парень! В одиночку разделаться с семью квахо… Сомневаюсь, что кто-либо из знакомых мне людей мог бы совершить подобный подвиг. Мы проследили весь путь вашего сражения до самой деревни нелюдей.
Пока он говорил, колючий комок подкатился к горлу Решетова.
Чудовищные пазлы складывались в его голове, пока не обрели облик ужасающей картины во всех ее красках… Сглотнув ком в груди и тяжело вздохнув, Седой с жалостью взглянул на Витаро Отра:
– Нет, похитители не догнали вашу дочь…
– Что?! – вскинулся Витаро. – Что ты об этом знаешь?!!
– Я видел ее там, в деревне квахо…
И Сергей подробно рассказал о происшедшем той страшной ночью и о картине, увиденной им утром в деревне вурдалаков. Когда он закончил свою историю, Витаро со стоном склонился в кресле, обхватив седую голову руками.
По его щекам текли крупные слезы, но он не замечал этого. Он вообще ничего не замечал, глядя невидящим взором в пустоту…
– Моя бедная девочка… – едва слышно прошептал он.
Решетов осторожно коснулся его плеча. Витаро, словно не понимая, кто находится рядом с ним, мутным взором взглянул на Сергея.
– А… – горестно произнес он. – Оставь меня, пожалуйста…
Через пару дней Витаро снова послал за Сергеем.
Взглянув на хозяина дома и ткнувшись с ним кулаком, Решетов заметил, как сильно сдал старик за последние два дня – словно прибавил десяток лет. От Легаты Отра изрядно пахло крепким вином. Сергей в нерешительности переминался с ноги на ногу, не зная, что сказать в сложившейся ситуации. Витаро первым начал разговор:
– Сеургей, извини меня за мою слабость… Чувства отца, дочь которого погибла таким ужасным образом, совсем выбили меня из колеи. Прошу тебя об одном – не говори сестре Киры о ее участи.
Предоставь это сделать мне. – Седой согласно кивнул в ответ. – Все это кажется настолько диким и нереальным, что на какое-то время я полностью впал в уныние. Но сейчас я снова готов к действию! И Сетус, и квахо – все поплатятся за смерть моей Киры! – Голос Легаты снова обрел твердость, стан выпрямился. Во всем его облике читались решимость и уверенность – чувства, несомненно подогретые изрядным количеством выпитого.
