– Ты дал обет молчания? – спросил Сергей и тут же пожалел о своем вопросе, потому что ему пришлось объяснять значение слова «обет».
Внимательно выслушав его, Керт с улыбкой покачал головой и медленно ответил:
– Понимаешь, в день похорон мы стараемся как можно меньше говорить, ведь танта умершего еще бродит среди нас и внимательно слушает наши разговоры.
– Ну и что с того? – искренне удивился Седой. – Ты что-то имеешь против Ланго?
– Нет, что ты! – испуганно замахал руками лучник. – Просто… так заведено, не знаю почему.
– Вот так всегда! – возмущенно ответил Седой. – Кто там у вас общается с богами Зетро?
– Алкады Зетро, – едва слышно ответил лучник.
– Алкады… – рассеянно повторил Решетов. – Кстати, напомнил! – Он схватил графин и плеснул в кубки себе и гостю. – Пойми меня правильно, Керт, не всегда то, что говорят люди, является велением богов. – Увидев испуганные глаза лучника, Седой понял, что чересчур болтлив сегодня, и поспешил исправиться: – Просто люди, даже приближенные к богам, способны на ошибки.
Но, вообще, о чем это я? Философия – дело опасное, особенно в обществе, подобном вашему. Ритуал так ритуал, я не против! Веди меня.
Седой чокнулся с Кертом, наспех влил в себя содержимое кубка и только тут заметил заинтересованный огонек в глазах собеседника.
– Что? – переведя дух после выпитого, вопросил он.
– Так ты тоже не согласен с тем, что говорят жрецы? – несмело спросил Керт.
– Да слушай, мне глубоко наплевать, чем забивают вам головы жрецы! – Седой явно накручивал себя перед встречей с Витаро, поэтому никак не мог утихомириться.
Но лучник определенно не считал его слова обычной болтовней или даже ересью, хотя, если разобраться, именно ею он и воспринимал высказывания собеседника. Тщательно взвешивая свои слова, он произнес:
– Пойми, Сеургей, среди нас есть много несогласных с тем, что диктуют нам жрецы. Даже сам Витаро не раз выказывал неудовольствие по поводу их решений.
– Ну так смените их или отстраните. – Сергею на данный момент было глубоко наплевать на поведение местных сектантов.
– Ты высказываешь совершено радикальные мысли! – с восхищением молвил Керт. – И я не премину поделиться ими со своими собратьями.
Твердо взглянув лучнику в глаза, Решетов жестко произнес:
– Ты хороший парень, Керт, но не впутывай меня в ваши религиозные дрязги. У меня и без того проблем хватает. Можешь выдать эти радикальные мысли за свои. Все, я готов, идем!
Не имея траурного одеяния, Сергей накинул на себя обычную куртку из тонкой кожи.
