Онлайн-библиотека книг
Могли они точно знать, что происходило на переволоке между Волгой и Доном сколько-то лет назад? Нет, они могли повторить ему сложившуюся в Хазарии версию событий, согласно которой «враг не прошел». Повторяю, мы не можем точно знать, как все было, но и Масуди тоже не мог. Достаточно взглянуть, сколько разных версий и толкований получают события, происходящие прямо сейчас, чтобы понять: любой источник – это не фотография с минувшей действительности, а та версия, которая до нас дошла, одна из бесчисленного множества.
Возвращаясь к роману А. Сербы. В том месте, где течение Нижней Волги ближе всего подходит к Дону, их разделяет чуть более 70 км. Никакого судоходного притока между ними нет, есть мелкие речки, потому это место и называется переволокой. Крупные правые притоки Волги (в сторону Дона глядит правый берег) – Ока, Сура и Свияга, расположенные за тысячи километров от той переволоки, а в нижнем течении Волги правых притоков вообще нет. Куда у А. Сербы делись эти 70 км между Волгой и Доном – непонятно, выходит, что русы высадились из ладей на Волге, двинулись через степь и вышли к Дону.
Ладьи здесь надо везти волоком. Я понимаю, что в то время, как роман писался, опыта передвижения раннесредневековых судов волоком не было ни у кого в принципе. Поэтому достоверно этот процесс описать Серба не мог[43].
Об этом читатель ничего не узнает. Следует битва, в которой Игоря ранят сразу двумя стрелами в правую сторону груди. Далее он два раза приходит в себя, его везут на арбе. «И вот наступил день, когда остатки войска ступили на русскую землю».
