Спустя час Лео стал странно себя вести: то и дело смотрел в зеркало, оборачивался, что-то разглядывал.
– Кажется, за нами хвост, – сказал он.
Мы с Катей одновременно обернулись и увидели два джипа. Что-то мне подсказывало, что это не случайно. На пустынной дороге такое явление – редкость. Вот только кто это и что им от нас нужно?
– Всем пристегнуться, – скомандовал Лео.
Мы сделали, как он сказал. Хочется еще пожить, а с этими камикадзе неизвестно чего ожидать. Лео прибавил скорость, но наши преследователи не отставали.
Они неумолимо сокращали расстояние, и вскоре я увидела, как они зажимают нас с двух сторон. Лео резко вывернул руль вправо, и мы почувствовали удар. Один джип вильнул на обочину, но водитель справился с управлением. В другой машине не остались в долгу, и новый удар швырнул меня на пассажирскую дверь. Меня спасло то, что я была пристегнута.
Я слышала скрежет металла, удары и рывки повторялись снова и снова. Очередной толчок, и машина выполнила крутой вираж. Раздался визг тормозов, и мы остановились.
Сердце мое трепетало как лист на ветру. Я скорее почувствовала, чем увидела, что Эрик и Лео выскочили из автомобиля. Повернув голову вправо, я заметила, как две черные тени метнулись к джипам преследователей. Из них выскочили крепкие парни.
Дальше события стали развиваться с космической скоростью.
Я слишком глубоко погрузился в свои мысли, чтобы заметить за нами хвост. Мысли мои возвращались в квартиру Эрика, где произошла стычка между Лизой и Ингой. И я даже не знал, за кого больше испугался в первую минуту – за Лизу, которой агрессивная вампирша могла причинить вред, или за Ингу, которую ведьмочка собиралась испепелить.
Всю дорогу я ругал себя за то, что позволил себе разозлиться и сорваться на Лизе. Стоило предвидеть эту ситуацию, но я не подумал, что между двумя девушками может возникнуть такая неприязнь.
Во всей этой истории больше всего мне запомнились Лизины слезы. Именно тогда я впервые почувствовал, что смертная мне небезразлична, и так захотелось сделать все возможное, чтобы она улыбнулась.
Коснувшись пальцами ее подбородка, я заставил Лизу поднять на меня взгляд. Сколько же отчаяния и боли я увидел в глубине ее глаз. Я невольно отпрянул назад, словно меня хлестнули по лицу, но испытал сильнейшее желание прижать ее к себе и… А что дальше? Мне было незнакомо нахлынувшее на меня чувство. Что-то щемящее, болезненное распирало меня изнутри, но я пока не мог дать этому определения.
