Потребовала бы ты? У нас — волхвов — каждый дар, как орган в общем теле. Тело это — великое дерево Дару. И полную силу оно обретает, когда у него все ветви на месте. Тогда оно становится мощным и непобедимым. Пока хоть один вошедший в силу волхв с ним не связан, оно полной силы не имеет. А если всех волхвов к нему привести, то их даже Капитул со своими армиями не одолеет.
— А почему вы не идёте?
— Не все волховитые дети волхвами становятся. Половина при поклоне Дару умирают. И мать-княгиня не хочет, чтобы мы туда шли.
Но это не главное. Если мы пойдём, тоо волхвы войдут в полную силу. И тогда не пустят они Капитул на нашу землю и подчиняться ему не станут. Начнется великая война! Все локи на нас пойдут.
— Но волхвы же сильнее будут! Пусть начнется.
— Волхвы — да. А сколько простолюдинов погибнет в этой войне? Чем закончится это всё? Волхвы выживут, а остальные? Капитул все леса у нас сожжет, чтобы волхвов ослабить. Сколько зверья погибнет! После такой войны всё равно жизни не будет. А Капитул обещает мир…
Яра вздыхает.
— А правду говорят, что ты волка усмирила?
— Правду.
Издаю тихий свист.
— Хорт… Хорт… иди к нам… иди сюда…
Зеленые глаза, горящие под пологом оживают. И серая огромная тень мелькнув усаживается нам в ноги. Яра взвизгивает испуганно, поджимая их.
— Не бойся. Он МОЙ.
Обнимаю за шею зверя.
— Никого не тронет. Я уеду, пусть здесь с тобой живет. Корми его. И ходи только с ним. Вот, — достаю кожаную петлю. — Это Свет нам с ним сделал. Если людей много, на петлю его бери.
Все говори — Леля так распорядилась.
— Не загрызёт? — опасливо смотрит на Хорта Яра.
— Нет! Не бойся… Корми его только, поняла. Крольчатину пусть слуги ему подают каждый день. Кроликов у нас тьма.
— Хорт, — беру его морду утыкая в ладонь Яры. — Она теперь хозяйка! Понимаешь? Заглядываю в глаза. Я уеду. Она — хозяйка.
Слышу быстрые шаги за дверью.
— Где она?! — голос матери. — Пошли все вон, я сказала! Где этот выб*ядок?
Залетает в мою светлицу.
И вздрагивает шокированно разглядывая Яру.
На красивом и еще молодом лице матери оскал.
— Мама… — прячу я её, вставая между ними. — Она дитё… В чем её вина? Не трогай…
Яра в ужасе не двигается, прижимаясь к лохматому боку Хорта.
Мать в сердцах делает шаг к Яре. Слышу, как Хорт утробно рычит, опуская морду ближе к полу. Я перехватываю ее руки за запястья. И словно вдыхаю в неё немного смирения через свои ладони. И оскал с её лица исчезает, оно расслабляется. Обнимаю, поглаживая по спине.
