Путешественница

Их соединял нарост, где была прикреплена челюстная мышца. Вне сомнения, девушка имела красивые высокие скулы. Сохранившиеся зубы тоже свидетельствовали о былой красоте — они были ровными и белыми.

Глаза посажены глубоко, в затемненных глазницах, куда не достигал свет, казалось, пряталась мысль. Я повертела легкий череп, ощущая его хрупкость. Коснулась высокого лба, потрогала затылок, ища месторасположение нервного канала, проводящего все импульсы в мозг и назад. Все это время Томпсон и Эбернети молча наблюдали за мной.

Какова причина смерти? Я прижала череп к себе, прикрыв глаза. Его полость внезапно наполнилась странным чувством, тоскливым и тягостным, как картина осенней реки с темной водой, уносящей листья. Легкое удивление и печаль.

Я сделала свое заключение:

— Ее убили. Она не по своей воле перестала жить.

Тишина кабинета, прежде уважительная, стала другой, удивленной. Гораций Томпсон, не веря то ли глазам, то ли ушам, молча пялился на меня, странно побледневший. Я отдала череп ему.

— Откуда она? Что-то такое щемяще-старинное.

Он побледнел еще сильнее и взглянул на Эбернети, будто ища поддержки или объяснения происходящему.

— Она найдена в карибской пещере среди множества других черепов и артефактов. Ученые считают, что ей около двухсот лет, возможно, меньше.

Эбернети выглядел довольным.

— Сэр Гораций Томпсон работает в Гарварде на факультете антропологии. Он пришел ко мне по совету нашего общего друга Уиклоу. Моя задача — рассказать о скелете все, что я могу, облегчая задачу исследователям.

— Ничего себе! — Я была ошарашена неожиданным поворотом событий. — Я была уверена, что это полиция попросила тебя помочь.

— Полиция здесь ни при чем. Она не сможет помочь в опознании. Понять, кем была эта женщина, используя найденное, — в данном случае это наша задача.

Эбернети принялся извлекать на свет божий — в буквальном смысле слова — остальные секреты, таящиеся в коробке, надпись на которой гласила «Сладкая кукуруза».

— Что же мы имеем? — Он как раз доставал один из мешочков.

Гораций спохватился объяснить:

— Фрагменты скелета, а именно позвонки.

Короткие руки Джо один за другим брали из мешочка позвонки. Умело орудуя пальцами и что-то приговаривая, Эбернети клал их на стол, составляя подобие позвоночника.

— Здесь и правда есть чем любоваться, — сказала я заинтересованному Томпсону. — Хорошим врачом всегда можно любоваться.

— Внемлите гласу Господнему! — выпалил доктор Эбернети, закончив работу. — Ого, взгляните.