Путешественница. Книга 2. В плену стихий

Начать с того, что они не бились и не разевали рты в бесплодных попытках набрать воздуха, а сидели себе выпрямившись, опершись на грудные плавники с таким видом, будто то, что они оказались вне воды, ничуть их не беспокоило.

Пораженная, я склонилась еще ниже, чтобы рассмотреть их как следует. Одна или две переместились на плавниках, но в целом, похоже, рыбины не имели ничего против моего любопытства. Они и сами с важным видом таращились на меня выпученными глазами. Лишь внимательно приглядевшись, я заметила, что важный вид в известной мере объяснялся наличием у них не двух, а четырех глаз.

Я чувствовала, как струйка пота стекает у меня между грудями.

— Интересно, — заговорила я, — у кого из нас галлюцинации, у меня или у вас?

Рыбы не ответили, но одна из них неожиданно подпрыгнула и уселась на ветку в нескольких дюймах над землей. Возможно, она сделала это, что-то почуяв, потому что в следующий миг набежавшая волна омыла мои лодыжки.

Вместе с ней пала приятная прохлада. Солнце, как по команде, скрылось за облаком, и с его исчезновением все в мангровых зарослях разительно изменилось.

Серые листья затрепетали и затрещали под напором налетевшего ветра, а все мелкие рыбешки, крабы и песчаные блохи исчезли, и их исчезновение показалось мне дурным предзнаменованием.

Я взглянула на облако, за которым укрылось солнце, и охнула. Подсвеченная пурпуром темная клубящаяся масса наползала из-за холмов так быстро, что мне казалось, будто передний край грозового фронта теснит сияющий свет солнца, двигаясь вперед, прямо на меня.

Следующая волна оказалась на пару дюймов выше предыдущей и дольше откатывалась назад. Не будучи ни рыбой, ни крабом, я к этому времени все же почувствовала, что надвигается гроза, причем с удивительной скоростью.

Я огляделась вокруг, но в пределах видимости не было ничего, кроме нескончаемых мангровых зарослей. И уж точно ничего пригодного в качестве убежища. В моих обстоятельствах оказаться застигнутой дождем было далеко не самой пугающей перспективой.

Плеск следующей волны у моей голени заставил осознать, что мне грозит нечто худшее, чем просто возможность промокнуть. Стоило поднять глаза, и я увидела клочья высохших водорослей на мангровых ветвях гораздо выше уровня моей головы. Вот, значит, на какую высоту может подниматься вода.