Путешественница. Книга 2. В плену стихий

Людей внутри видно не было, но угол обзора не позволял разглядеть всю комнату.

Воображение рисовало образ Геркулеса с мертвыми глазами, бесшумно подкрадывающегося ко мне во тьме. Дрожа и покрывшись гусиной кожей, оглядываясь на каждом шагу через плечо, я двинулась по веранде дальше.

Вообще усадьба в этот вечер производила впечатление заброшенной. В отличие от моего предыдущего визита сейчас здесь не звучали приглушенные голоса рабов, обсуждавших друг с другом полученные задания.

«Однако, — сказала я себе, — это еще ничего не значит.

Но с другой стороны, неужели здесь не осталось даже домашней прислуги, чтобы проследить за огнем в очаге и подать на стол?

Передняя дверь была открыта. Желтые лепестки роз усыпали порог, поблескивая в падавшем изнутри слабом свете, словно старинные золотые монеты.

Я помедлила, прислушиваясь, и мне показалось, что из гостиной донесся легкий шорох, как если бы кто-то перелистывал страницы книги.

Ощущение заброшенности сделалось еще сильнее, ибо повсюду виднелись явные признаки небрежения: цветы в стоявшей на полированном сундуке вазе давно увяли, чайная чашка и соусник стояли, забытые, на боковом столике, и на дне чашки бурел высохший осадок. Куда, черт возьми, все подевались?

Перед дверью в гостиную я остановилась, снова прислушалась и помимо потрескивания огня услышала все тот же шорох переворачиваемых страниц.

Опасливый взгляд из-за косяка позволил мне увидеть, что за секретером кто-то сидит. Кто-то определенно мужского пола, высокого роста, узкоплечий, склонивший голову над чем-то перед собой. Видимо, над книгой.

— Айен! — окликнула я его громким шепотом. — Айен!

Сидевший человек вскочил, резко отодвинув стул и прищурился, всматриваясь в затененный дверной проем.

— Боже! — вырвалось у меня.

— Миссис Малкольм? — удивленно произнес преподобный Арчибальд Кэмпбелл.

Я сглотнула, пытаясь вернуть подскочившее к горлу сердце на подобающее ему место.

— Что вы здесь делаете? — требовательно спросил он, шагнув к двери.

— Разыскиваю племянника своего мужа.

Лгать не имело смысла, тем более что он мог знать, где находится Айен. Я быстро оглядела комнату, но она была пуста, если не считать преподобного да маленькой зажженной лампы.