Путешествие оптимистки, или Все бабы дуры

А потом ты уезжаешь и прекраснейшим образом обходишься без этих фруктов. Только вспоминаешь иногда – да, это было вкусно! Вот так и наша любовь с Маратом здесь, в Израиле. Надо уж наесться друг другом до отвала, а там…

– А там нас с тобой отсекут, моя девочка. Это неизбежно.

– Знаешь эту песенку – «Как-то боязно, что-то лень»? Он старый, Дашенька, он лет сорок прожил с женой, у него налаженная жизнь, а привычка, поверь, может победить любую любовь, особенно в его возрасте. Это сейчас он на подъеме, а потом одно заболит, другое, и привычная манная каша покажется куда вкуснее любых экзотических плодов.

– Но он говорит, что никогда не любил жену.

– Ну и что? Он прожил с ней сорок лет, да и вообрази, какой поднимется скандал – а его жена, насколько я знаю, дама в высшей степени скандальная, – он может просто не выдержать этого. Ну да бог с ним. Кстати, Даша, а что с коврами, ты уже раздумала учиться?

Дашка залилась краской:

– Нет, что ты, но просто мне как-то неудобно в этой ситуации.

– Ну, когда ты с папой…

– Глупости какие! У тебя хорошие руки, ты отлично вяжешь, у тебя есть вкус, вполне могла бы освоить это дело. Впрочем, тебе самой решать, но уж как минимум позвонить Вере ты обязана. Она к тому же очень интересный человек, эта Вера. А папа твой тут абсолютно ни при чем. Так же, как и я. Это дело только твое и ее.

– Ой, мама, ты у меня камень с души сняла! Я только очень тебя прошу, давай сейчас ей позвоним! Сперва ты поговори, а потом уж я…

– Ох, Дарья, взрослая дама, берешься решать судьбы родителей, а позвонить сама не можешь! Да ладно, позвоню, заодно узнаю, как там дела у Коти.

– Мамочка, милая, прости ради бога, он вчера вечером звонил, но вас не было, вы поздно пришли, и я забыла. Ну, мамуля, не сверкай на меня глазами, я признаю свою вину. У него все более или менее нормально.

– Ты же знаешь, как я ненавижу необязательность! Ну ладно, прощаю!

Я набрала номер Веры. Она почти сразу сняла трубку.

– Кира! А я уж решила, что ты обо мне забыла!

– Верочка, я просто закрутилась. Как там дела в Москве? Меня вчера не было, когда Котя звонил.

– Да там, насколько я понимаю, было больше перепугу. То есть Федор, конечно, пострадал, у него двойной перелом ноги, но жизни ничто не угрожает, вполне могли бы обойтись и без Коти, просто Наденька, видно, очень растерялась.

– Вера, вот тут дочка моя, дуреха, стесняется сама вам звонить, так что передаю ей трубку.