Путешествие оптимистки, или Все бабы дуры

А ну пошли!

Он схватил меня за руку и потащил в комнату.

– Господа! Господа! Прошу минуту внимания! Вот эта дама сию минуту согласилась стать моей женой. Так что можете нас поздравить!

Все повскакали с мест, бросились к нам, стали обнимать, Стас уже орал «Горько!», но Котя весьма тактично заметил, что это преждевременно.

За столом остались сидеть только двое – Марат и Етта.

У Марата лицо было ошеломленное и убитое, а у Етты просто злое.

Стройный порядок застолья был нарушен. Кто-то еще что-то ел, кто-то курил на балконе, кто-то толокся на кухне.

– Ребята! – крикнула Дашка. – А десерт?

– Погоди с десертом! – гаркнул Стас. – Сперва попляшем, попоем, доедим все, что есть на столе, а потом уж и до десерта дело дойдет.

И вот в комнате молодежь топчется под музыку, а те, кто постарше, собрались на балконе, где стояли кресла и стулья.

Вдруг она громко сказала:

– Подумать только – такое сходство! Кира, вы не находите, что Даша страшно похожа на Марата Ильича, просто одно лицо!

На балконе воцарилась мертвая тишина.

– Если бы я не знала, что Дашенькин папа давно умер, я могла бы подумать…

– Прошу прощения, – очень холодно сказал Марат, – мне, конечно, весьма льстят ваши слова, но, поверьте, я тут ни при чем. В природе еще и не то бывает!

Молодец, не растерялся. Обещал сохранить это в тайне и сдержал слово.

– Петух еще и трех раз не прокричал, а он уже отрекся, – начал Котя.

– Не говори чепухи! – рассердилась я.

Я его просила молчать, совершенно ни к чему при всех обсуждать еще и это! Завтра они встретятся с Дашкой и все выяснят.

– Я так понял, что завтра ты с ним встречаешься?

– Нет, теперь уже нет, они оба знают и пусть поговорят с глазу на глаз. Дашка уже не ребенок.

– Ты мудрая, как змея, Кузя!

– Я не мудрая, я вконец растерянная!

– От чего ты так растерялась, моя хорошая?

– От всего.