Путешествие в страну мужчин

На ее шее болтался полосатый фартук, из кармана которого обреченно свешивалось розовое вафельное полотенце.

– Ты, – произнесла она и дернула носом. Замерла на несколько секунд, затем протянула ручищу, сцапала потерявшего дар речи Степана и втащила в квартиру.

– Я… – тише повторил он, не сопротивляясь, и часто закивал на всякий случай, чтобы у тетки развеялись последние сомнения.

– Посмотри на себя! Где тебя носило? Почему я должна обзванивать больницы и морги? За что мне наказание такое!

– Э… я, это… очень виноват… да… Слезно прошу извинить! Больше не буду!

Что именно он не будет делать, Степан объяснить не смог, прорезавшийся голос сорвался, а мысли испарились.

К тому же он неожиданно оказался зажат в объятиях-тисках. Тетка содрогнулась от всхлипа, затем хватка ослабла, и раздались привычные команды:

– Марш в ванну! Вещи в помойку, чтобы я этой антисанитарии не видела!

Степан счастливо подскочил, скинул ботинки и, пристроив книгу на краю тумбочки, не дожидаясь повторного приглашения, метнулся в ванную комнату и завертелся около раковины волчком.

Дом родной! Дом! Включил горячую воду, принялся торопливо скидывать вещи – куча на полу росла очень быстро. Все в помойку – не жалко! Главное – он вернулся, и Раиса Антоновна уже не сердится! А Павла нет, тю-тю, его и не существовало!

Но когда на пухлом теле остались только цветастые семейные трусы, Степан остановился. Наклонился, поднял грязнющий черный носок и быстро, точно его могли поймать на месте преступления, сунул его в корзину для белого белья.

Блаженная улыбка засияла на круглом лице. Пусть на него уже завтра обрушится лавина гнева – пусть! Он это заслужил.

– Объясни, как тебе в голову пришла столь грандиозная идея? Собрать по-тихому вещички и умотать на Валдай. Ты что! – Полина, проходя мимо зеркальной стены, покосилась на отражение семенившей за ней Катюшки и осуждающе приподняла брови. Но даже если бы она нацепила на нос очки с толстыми стеклами, то не стала бы похожа на строгую учительницу, отчитывающую подростков за плохое поведение.

Полина лишь хотела растормошить, разговорить младшую сестру, отвлечь от мрачных мыслей. Хотя редкая, но счастливая улыбка на лице Катюшки говорила о том, что о Егоре Кречетове она вспоминает намного чаще, чем о похитителях. – Я очень удивилась, когда папа позвонил и сообщил о твоем побеге. Романенко – сомнительный товарищ… – осторожно задела скользкую тему Полина и открыла дверь своего кабинета.